Перевод от Villzz!!

В начале года, прохладным февральским вечером в центре Лос- Анджелеса, съемка Rolling Stone Korea с DPR IAN уже подходила к концу. Он позировал перед камерами и записывал видео с самого полудня, но усталости на нем не было видно ни грамма. Он все так же былбодр и внимательно ловил каждое слово фотографа и креативного директора, вслушиваясь в подсказки перед финальными дублями. В перерывах между кадрами он держался особняком, спокойно ожидая смены локации или одежды пока чья-то шутка не вызвала тот самый, безошибочно узнаваемый смех. Когда нас познакомили, его сдержанность тут же растаяла. Он тепло улыбнулся, полез обниматься, а потом мы сели поговорить о его карьере, свежих треках и тех внутренних мирах, из которых рождается его искусство. «Я как открытая книга, — бросил он. — Спрашивайте о чем угодно».

В искренности и нежелании плясать под чужую дудку этот корейско- австралийский парень любому даст фору. Кристиан никогда не скрывал изнанку своей жизни. Запустив сольную карьеру в 2020-м в рамках DPR, он открыто заговорил о своем биполярном расстройстве, которую врачи диагностировали еще в подростковом возрасте. Поначалу он списывал резкие скачки на буйство гормонов, хотя уже тогда каждую ночь проваливался в осознанные сны, выстраивая в голове гигантские альтернативные миры. «В детстве мне казалось, что так у всех, — с улыбкой вспоминает он. — Осознавать себя во сне и творить там все, что вздумается, было главным кайфом, ради которого я ждал отбоя. Лет с шести или семи я натурально чертил карту своего воображаемого мира. Я до сих пор помню каждый свой сон. Я рос с железной уверенностью, что эта параллельная вселенная существует взаправду».

Уже после двадцати ему диагностировали диссоциативное расстройство идентичности и спусковым крючком послужил жесточайший прессинг индустрии корейской поп музыки. Музыкант объясняет: «Для любого человека с нестабильной психикой окружение решает все. Когда попадешь в токсичную среду, то болезнь разносит тебя в щепки. Тогда меня изнутри сжирали обида и злость. Очень долго я писал треки исключительно на этом ядовитом топливе, на уязвленном самолюбии. И только пройдя через это, я понял, что злость была просто ступенью, чтобы в итоге примириться с собой». Именно его открытость так сильно цепляет дримеров. Он часто выходит к ним в соцсетях, превращая прямые эфиры в безопасную гавань. Там он без прикрас говорит о новых демках, планах, самочувствии и делится выстраданным опытом. В такие моменты между ним и слушателями нет посредников. Была только его чистая, непричесанная правда.

«Мне важно быть настоящим со своими людьми, — делится он. — Не строить из себя святого, а честно признавать, что я не в порядке. Также, что у меня депрессия, но я изо всех сил стараюсь держаться на плаву. С этим посылом я когда-то и начинал как артист. Я не коуч и не оратор, я не могу вещать от лица всех людей с ментальными расстройствами. Но я могу показать, каково с этим жить, и доказать, что в половине случаев я вполне в порядке. Все зависит от точки зрения». Именно поэтому в октябре прошлого года он выложил в сеть серию откровений, обвинив бывшего участника команды в предательстве, финансовом паразитировании и махинациях с гонорарами за последние 10 лет. Фанаты запаниковали, боясь, что скандал доведет артиста до ручки. Сам Кристиан вспоминает те недели как кромешный ад. Когда-то проект DPR буквально вытащил его со дна после распада айдол-группы, а теперь казалось, что у него вырывают с корнем дело всей жизни. Вслед за постами он провел несколько эмоциональных стримов, чтобы расставить точки над i, где заверил аудиторию, что с плеч упал тяжелейший груз, и пообещал отстроить бренд DPR заново, что будет честнее, сильнее и круче. Кристиану пришлось совершить резкий маневр. Вместо того чтобы захлебнуться в жалости к себе, он пустил эту ярость в музыку и заперся в студии, решив написать альбом, который расскажет всю правду. «Не скажу, что я это планировал, — признается он. — Я смотрю назад и понимаю, что, к сожалению, этот импульс снова родился из злости. Ну вот такой я человек. Я физически не могу долго носить в себе невысказанную обиду. Единственный способ переварить этот яд для меня - превратить его в искусство. Я чувствовал, что просто не имею права сдать назад».

Превращать боль в музыку для Кристиана не в новинку, ибо на его счету три мини-альбома и один полноформатник, и все они выстроены вокруг его ментальных битв и поиска себя. В дебютном EP «Moodswings In This Order» (2021) и альбоме «Moodswings In To Order» (2022) он вывел на свет MITO - персонажа- хранителя, олицетворявшего биполярное расстройство Кристиана с его эмоциональными пиками и провалами. Музыкант чувствовал, что именно MITO станет лучшим проводником в его душу. В следующем мини-альбоме, «Dear Insanity» (2023), появился контрастный Mr. Insanity - воплощение его маниакальных эйфорий на грани срыва. А третий EP, «SAINT» (2024), строился вокруг The Hybrid - древней сущности, вобравшей в себя самые хаотичные, яростные и темные стороны его психологического лабиринта.

Придумав целую галерею альтер-эго для своей музыкальной вселенной, артист делает неожиданное признание, что он ни разу в жизни не выходил на сцену самим собой просто потому, что не видел в этом смысла. Ему искренне казалось, что абсолютно все артисты создают маску для сцены, поэтому он толком и не задумывался, кто он за пределами этих ролей. «Кто такой Кристиан? — рассуждает он. — Я толком никогда не мог ответить на этот вопрос. Мне всегда казалось, что в каждом альбоме проявлялся настоящий я в конкретный отрезок времени, но на деле это были лишь вспышки, внешние осколки меня». Но кто же он на самом деле? Чтобы добраться до сути, придется отмотать пленку к самому началу. Кристиан родился в Сиднее. Воспитывала его мама, которая является главным человеком в его жизни. Он признается, что в детстве ни разу не видел ее слабой, и лишь повзрослев, осознал, через какой тяжелый период ей тогда приходилось продираться. Этот мамин пример с ранних лет привил ему железную стойкость. Он вспоминает, как однажды затянул со школьным проектом, но мама заставила его закончить работу, чего бы это ни стоило, даже если для этого пришлось вымученно не спать всю ночь и ставить последнюю точку уже перед самым звонком на урок.

«Я вижу плоды того, что прошел через определенную боль, — замечает он. — Все начиналось как раз с таких мелочей». Позже он учился в школе искусств в Вуллонгонге, где окончательно потерял голову от музыки и получил полную свободу для экспериментов. Его окружали такие же одержимые звуком ребята. Сам Иэн фанател по року, заслушивался бродвейским мюзиклом «CATS» и записями Electric Light Orchestra, а в средней школе и вовсе сколотил собственную хеви-метал группу. «Рок тогда рвал все чарты, — вспоминает Кристиан. — И для меня это точно не было "просто подростковым бунтомˮ. Я этим жил. Я играл в банде, мы с ребятами до рассвета спорили о музыке и разбирали ее по винтикам. И сколько бы я ни занимался сольным творчеством, во мне всегда жила часть, которая отчаянно хотела вернуться к тем гитарным корням».

Когда Кристиан понял, что хочет на сцену, стало очевидно, что в Австралии ловить нечего, так как азиатов в местном шоу-бизнесе тогда практически не замечали. Ни на ТВ, ни в кино, ни в клипах он не видел парней, похожих на себя. Поэтому в 19 лет, наскребя в кармане 300 долларов, он собрал чемодан и улетел в Южную Корею, чтобы танцевать и нащупать связь со своими корнями. Его одержимость зашкаливала и он натурально стучался в незнакомые двери, зазывая танцоров сниматься для его роликов на YouTube. Вспоминая это, он смеется вместе со своей командой и те до сих пор не верят, что это чистая правда. «Я просто хотел поднять волну!» — говорит он. Пройдя через изнурительную жизнь к-поп айдола под псевдонимом Rome, Кристиан нашел родственные души и вместе с DPR LIVE (ныне выступающим под своим именем Dabin), DPR CREAM и Кимом основал творческое объединение Dream Perfect Regime (DPR). Поначалу парни были не разлей вода, они записывали фиты, бесконечно стримили вместе и делили студию. Но после жестких перестановок внутри руководства все пошло наперекосяк. Сейчас в DPR остались только DPR IAN, DPR CREAM и DPR ARTIC. Кристиан признается, что привык долго держаться за людей и отношения, но «без токсичной привязанности». За всю жизнь его предавали всего трижды. Поэтому в его возрасте каждый такой удар бьет наотмашь. «Смогу ли я вообще заниматься этим дальше? — задавался он вопросом. — Тот прошлогодний срыв случился на импульсе и у меня просто сорвало предохранители, поэтому наружу вырвалась та часть меня, которая говорит без фильтров и рубит с плеча все, что годами копилось внутри. И это должно было произойти. Сейчас я понимаю, что это послужило мощным толчком для моей музыки и помогло наконец сдвинуться с мертвой точки».

Одной из главных песен, выросших из этого эмоционального шторма, стал его недавний сингл «The Show». Взрывной микс электроники, джаза, попа и олдскульного рока проводит простую мысль: вся наша жизнь — театр, и Кристиан в нем играет главную роль. Для него спектакль начинается не тогда, когда загорается свет на сцене, а в ту секунду, когда зритель переступает порог театрального фойе. Музыкант не хотел писать пафосный «гимн своей жизни». Для него в этой теме куда больше щемящего хаоса, пьянящей эйфории и, в то же время, скрытого надрыва. Кристиан признается, что в «The Show» заложена разница между тем, как мы смотрим спектакли в детстве и во взрослой жизни. Взрослея, мы обрастаем багажом опыта и цинизма, которые полностью меняют оптику восприятия. Он сравнивает это с любимыми диснеевскими мультиками: «Мне хотелось протянуть эту ниточку сквозь время. Взрослым ты видишь все иначе, но в груди отзывается ровно та же щемящая ностальгия. Это вернуло меня в детство, в те старые залы, где у меня перехватывало дыхание от восторга, — говорит он. — Именно там зародилось все то, чем я дышу сейчас. Мне дико хотелось отдать дань тем моментам». Трек давался со скрипом. За два месяца Кристиан написал семь или восемь вариантов аранжировки, но раз за разом стирал все под ноль. Зайдя в тупик, он забросил инструмент, пока не щелкнет искра. «Однажды ночью я сидел в студии и мучительно думал, чего же не хватает этому альбому? Чего я никогда раньше не делал? — вспоминает он. — Я понял, что просто иду по накатанной колее одних и тех же приемов. И тогда я заудмался, что я вообще люблю в музыке по‑настоящему? Какое искусство сводило меня с ума в детстве?»

И ответ нашелся в первой пластинке, которую он заслушал до дыр ребенком: «Xanadu» в исполнении Electric Light Orchestra и Оливии Ньютон-Джон. Он крутил этот альбом на репите всю ночь, а на рассвете помчался в студию и на одном дыхании записал «The Show». «Сложные гармонии, театральный размах и кинематографичность вернули мне ощущение того маленького мальчишки», — увлеченно рассказывает музыкант. Именно поэтому визуализацию трека он никому не доверил, взяв на себя роли режиссера, продюсера, монтажера и колориста. Съемки проходили в легендарном историческом здании Los Angeles Theatre. Кристиан держал в голове каждый миллиметр кадра: выстраивал ракурсы камеры, ставил пластику танцорам и прямо в перерывах между собственными актерскими дублями носился по площадке, заряжая всех своей бешеной энергетикой. «Фабула «The Show» строится вокруг старого театра, о котором персонаж IAN грезил с пеленок, мечтая однажды собрать этот зал. И вот ему подворачивается шанс. По логике, кульминация должна случиться во время выступления под софитами, но весь фокус в том, что самое главное разворачивается за кулисами, за секунду до третьего звонка. В этом есть горькая ирония. Ведь если вдуматься, в реальной жизни мы все только и делаем, что ломаем комедию. Дома, на работе, с друзьями или любимыми. Мы постоянно натягиваем нужную маску». Во время нашего разговора Кристиан спокоен и рассудителен. Он уверенно говорит о музыке и без надрыва анализирует прошлогодние скандалы, горя желанием вернуть доверие аудитории и пересобрать DPR на новых основаниях. Он все еще учится уживаться со своими травмами, но теперь не бежит от них, а фиксирует этот путь в звуке.

«Возможно, я так до конца и не переварю все это ни сейчас, ни через двадцать лет, — честно подытоживает он. — Пускай это останется открытой книгой, в которую я заглядываю каждый день. Я все еще учусь».

Спустя всего четыре месяца Кристиан снова вышел в прямой эфир в слезах, признавшись, что последнее время вел себя «хаотично и разрушительно» и переживает глубочайший нервный срыв. Целый час он откровенно говорил о наболевшем, о попытках выкарабкаться и о непосильном грузе ответственности. «Я дошел до черты, когда меня просто тошнит от всего, — объяснял он, признавая, что диагнозы только подливают масла в огонь. — Кажется, тем парнем, которым я был раньше, я уже не буду никогда. Все внутри обострилось до предела. Что-то во мне щелкнуло. Я боялся этого срыва, но события последнего месяца просто вышибли почву из-под ног. Конечно, это копилось годами. Но когда плотину прорвало, остановиться я уже не мог». Разочаровавшись в музыкальной индустрии, он психанул и полностью удалил готовый альбом, над которым пахал месяцами, и заявил, что отработает уже подписанные контракты и уйдет со сцены. Он твердил, как чудовищно устал и сколько сил положил на эту борьбу ради музыки: «Буду честен, я не в порядке. Я совсем расклеился, но я пытаюсь. Мне хуево уже очень давно. Дико признавать это вслух, но мне правда было плохо. Я давил все это в себе последние года четыре. Думаю, с тех самых пор, как завертелась вся эта грязь. Никто в этом не виноват. Просто я так устроен». Через пару дней он снова вышел в сеть и, на этот раз, был уже заметно спокойнее. Он пришел в себя, извинился перед аудиторией за то, что напугал их до смерти, и от всей души поблагодарил за колоссальную поддержку, признавшись, что именно сообщения фанатов вытащили его со дна и в буквальном смысле спасли ему жизнь.

«Мне нужно было пройти через эту внутреннюю перезагрузку, — объяснял он зрителям. — Она заставила меня пересмотреть многие вещи, а ваши слова помогли вернуть ориентиры». Альбом вернулся в работу, но Кристиан решил не пороть горячку с релизом. Сейчас для него главное стабилизировать состояние, дописать начатое и довести дело до конца. В его голосе звучит твердая решимость: «Я доведу эту историю до конца и отдам ее вам. Потом, возможно, и сойду с дистанции. Но пока этого не случилось, я буду рвать жилы дальше». Из-за своих особенностей Кристиан всю жизнь существует на экстремальных полюсах настроения. Состояние эмоционального штиля или «комнатной температуры», как он сам это называет, ему попросту незнакомо. «Полярные взлеты и жесткие падения является единственной средой, в которой я вообще умею жить, — вспоминал он в нашем мартовском интервью. — Сколько себя помню, я никогда не умел существовать в тишине. Когда вокруг все затихает, меня накрывает дикая паника. Тишина кажется мне чужой и пугающей». Голова Кристиана работает как сверхскоростной процессор, ибо он ежесекундно считывает терабайты внешних стимулов и эмоций, и этот перегруз требует немедленного выхода. Сам он сравнивает себя с наглухо запаянным чайником, в котором яростно бурлит кипяток: пару некуда деваться, давление распирает изнутри. Спасительным кругом для него стали музыка и режиссура. Вот отправная точка проекта DPR.

«Меня всегда непреодолимо тянуло в творчество, — говорит он. — И когда всё дошло до дела, я даже не думал, что мои ментальные особенности — то же биполярное расстройство и все прочее — как-то отличают меня от других людей. Никогда не считал, что меня нужно "чинить" или что со мной что-то не так. Я просто над этим не задумывался. Но когда я начал выпускать музыку, мне впервые пришлось до костей раскопать в себе то, о чем я вообще хочу говорить миру». Так родились MITO, Mr. Insanity,The Hybrid и сам IAN - персонажи, через которых Кристиан рассказывал свою историю и проживал бесконечные эмоциональные качели. Он признает, что разбираться в собственном состоянии, травмах и триггерах по-прежнему самое тяжелое, что ему приходится делать. И он до сих пор с этим не смирился. Да и сомневается, что когда-нибудь сможет. «Меньше знаешь — крепче спишь, это уж точно, — роняет он. — Иначе с ума сойти можно. Ты перестаешь все это прокручивать в голове, только если тебе становится плевать, либо когда мозг просто отрубается». Новый девиз, с которым сейчас идет по жизни Кристиана: «Защищай свой внутренний покой». Жизнь будет похожа на американские горки со взлетами и падениями, но он не позволит обстоятельствам сломить себя. Одно известно наверняка: он честно обо всем этом расскажет.