ВЕРЕЩАГИНЫ
2 Вместо предисловия Наталья Владимировна Южакова, инициатор исследования, о значимости истории семьи Моя цель, с которой я подошла к этому исследованию, проста: узнать о всех предках и передать эти сведения потомкам. Чтобы люди, благодаря которым мы существуем здесь, сейчас, не ушли в безызвестность. Память — это самое главное. И я хочу, чтобы наши потомки знали тех, кто есть. Не был, а именно есть в истории их семьи. С каждым годом ценность этого знания понимается все больше. Более того: я не могу на- звать ни одного человека, кто не дошел бы до осознания этой ценности и сожаления, что узнал о своих предках своевременно. И остался как будто один или без опоры. Это кос- нётся и меня, и каждого члена моей семьи, и наших потомков, если вовремя не позабо- титься о памяти. Невозможно отыскать какую-то практическую быструю пользу, но на уровне интуиции я понимаю, что это необходимо — собрать и сохранить нашу историю. Моё детство прошло в поселке — железнодорожной станции. Я видела много уходя- щих поездов. В процессе нашей работы стало очевидно, насколько же уходящ поезд возможности что-то узнать. Мы успели сделать интервью с братом папы, Анатолием Ивановичем Верещагиным, незадолго до его ухода из жизни — едва успели сохранить то, что ему запомнилось. Мы смотрели метриче- ские книги Питерки в архиве — с выцветаю- щими чернилами, хрупкими, крошащимися листами и благодарили случай, что утраты не задели записи о звеньях наших цепочек — Ве- рещагиных, Синельниковых, Косицыных — и мы смогли найти многое. А многое — нет, ведь были и такие книги, которые из-за вет- хости уже не выдаются для частных исследо- ваний. Вечного нет: память ни в голове человека, ни на бумаге в архивных фондах на самом деле не живет. Она живет лишь тогда, когда ее начинают передавать друг другу. Мы со- брали в одной книге все, что нашли. Все, что люди и архивы были готовы нам отдать: лич- ные воспоминания, фотографии, записи из документов, сведения о местах и историче- ских событиях, участниками которых были наши праматери и праотцы. Мой муж Дмитрий — моя главная поддержка в этом исследовании
3 Я — начало Самый первый ис точник сведений о семье, с которого начинае тся иследование — сам человек, его воспоминания. Подробные или обрывоч- ные, воспоминания ребёнка и человека зрелого возраста одинаково ценны: кто-то помнит своих бабушек и дедушек, кто-то — рассказы родителей? кто-то — лишь отдельные эпизоды из детства. Собранные вместе, эти фрагменты превращаются в историю семьи, которую уже невозможно восстановить никаким другим способом. Семья Верещагиных какой год Чтобы передать. Чтобы память была живая: с именами, с историей судеб. Это исследование я посвящаю своему папе, Владимиру Ивановичу Верещагину.
4 Рассказывает Наталья Владимировна Южакова О бабушке и дедушке Я родилась в селе Питерка Саратовской области. Точнее, наше село было железнодорож- ной станцией в семи километрах от большой Питерки. Так сказать, «Питерка-2». На стан- ции был элеватор — основное градо-, то есть село-образующее предприятие.
5 Наши дедушка с бабушкой, Иван Федорович и Пелагея Артёмовна Верещагины, тоже жили там, на станции Питерка.Я помню дедушку. Особенно мне запомнилось, как он строил домики из спичек. Эти домики преобразовывались в замки, с подво- рьем, всякими пристройками. А еще помню, как после его смерти мы ночевали в доме бабушки и дедушки перед поминками на сорок дней. Как я спала — и не спала. Как сейчас, вижу их дом: небольшой синий домик с летней кухонькой, окошки на улицу. Входишь — сенцы холодные, маленькие, из них налево дверь в дом, там одна комната, разделенная ширмочкой, кухня с печкой, кухонная плита, кровать — сразу около двери, а у стены напротив старый сервант. Из этой комнаты прохо- дили в другую комнату, она тоже разделялась занавесями, там было 2 кровати. Лет- няя кухня переходила плавно в сараи, там держали коров. Сад — столько яблонь! Бабушка умерла, когда я была повзрослее, и ее я лучше помню. Не то чтобы были особенные моменты, когда мы сидели бы за душевными разговорами — нет. Про- сто нам досталось прожить больше общей жизни, и я дорожу этим чувством об- щего бытия. Она была добрая, никогда на нас не ругалась, я не слышала от неё гру- бости или недовольства. Помню, как замечала, что она черноволоса не по годам — она поздно седела. Помню, как она отваривала вермишель в сковороде и зали- вала ее яйцами — такое блюдо было у нее в ходу. А варили яйца в чайнике. Полы мыть придем к ней — ведро воды разольем, тряпкой соберем и пошли гулять. Мы были дети, потом подростки, больше бегали на улице, чем интересовались бабуш- кой, не придавали значения, есть бабушка или нет. Она была постоянной величиной нашего мира, всегда больше нас, словно фон, на котором идет твоя жизнь, словно стена, на которой ты — картина. Картина не думает о стене.
6 О детстве в Питерке До четвёртого класса я училась в школе на станции, а с пятого — в селе Агафоновка, ки- лометрах в трех, куда мы ходили с братом каждый день. Лето в Питерке было жаркое. Климат был резкий, сейчас будто стёрся: нет сильных мо- розов и жара не такая. У дедушки и бабушки для нас был бассейн в саду — огромный, прямоугольный, сварен- ный из железных листов. В него набирали воду, и мы, дети, в нем купались. Конечно же, вода цвела, но нам до того не было никакого дела. Ездили на природу — так это назы- вали выезд на пруд или речку большой компанией родственников. Дети играли, купа- лись, взрослые варили уху и раков — буквально мешками. Играли в лапту и в вышибалы. Когда дедушки не стало, бабушка уже не содержала скотный двор, коровники были пу- сты, вычищены от коровьего «наследия», и в этих сараечках мы играли. Дадут нам вся- кие тряпки, кастрюли, мы настроим из ящиков домики, играем в куклы. Так проводили время, обрывочные воспоминания. Зимой же в Питерке снег лежал выше нас! Детям делали ледянки из коровьих лепешек. Как бы странно это ни звучало для наших внуков, мы вполне успешно катались с горки на таких штуках. Вообще это старинный способ — дети Питерки и за сто лет до нас ка- тались тем же способом. На Новый год в клубе ставили ёлку, на неё ходили все жители. Мы, дети, там бесились, а родители танцевали. Дома тоже всегда на- ряжали елку. У нас с братом была игра: мы ложились под елку и загадывали друг другу игрушки, по описанию нужно было найти за- гаданную. На Рождество — колядки! С двоюродной се- строй и другими детьми одного из папиных братьев, мы бегали детской тусовкой по селу: Рождество, Рождество, Дай копейку ни за что! А копейки мало — Дай кусочек сала!
7 Пасха была всегда. И иконы в доме дедушки и бабушки Верещагиных всегда висели. Как заходишь, в первой комнате: деревянные, старые-старые, писанные. Мой папа рассказы- вал, что бабушка крестила его и других сыновей в Энгельсе. Из праздников особенно чтили День Победы — с цветами, все вместе, ходили к мест- ному клубу: к длинному кирпичному зданию примыкал палисадник, получался неболь- шой парк, и там стоял памятник сельчанам, погибшим на фронте Великой Отечествен- ной войны. Дедушка чтил День Победы и Сталина.
8 Родители Моя мама Нина была бухгалтером, сколько я помню, она работала на элеваторе. А папа работал сначала на элеваторе, а потом на нефтебазе — директором. В конце 90-х занялся фермерством, выращивал пшеницу. Родители всегда держали коров, овец, кур и кроли- ков. Всегда было хозяйство. В то время люди общались друг с другом по-другому. Внутри семьи, между родителями и детьми не было принято говорить о чувствах и отношении, выражать нежность сло- вами. Любовь была всегда, она рождала не слова, а поступки. Все, что делали наши ро- дители, они делали ради нас, своих детей. Работали с утра до вечера не ради пары новых сапог. И я уверена, что когда-то так жили и их родители — ради детей: чтобы они были одеты, накормлены, выучены, воспитаны. Любовь — это забота о другом, нередко — с отказом от чего-то для себя. У нас было действительно счастливое детство, мы носились целыми днями, у нас с бра- том были свои комнаты, что исключительно по тем годам. А когда пришло время серьез- ной учебы и самостоятельной жизни, родители дали нам твердую опору. Помню, что папа продал свою машину, пересев в какую-то старую колымагу, чтобы купить мне квартиру в Саратове — съемное жилье в то время практически не годилось для жизни. Я уехала от родителей, когда мне было 16 лет. А когда мне стало 42, мы стали жить вме- сте вновь. Питерка, где были наши бабушки, детство, где прошла молодость родителей, стала угасать. Уходили из жизни их друзья и близкие, их коллеги. И в самом месте ста- новится все меньше жизни — закрылись предприятия, исчезал труд, творящий жизнь. Родители согласились на переезд. Мы нашли дом, в которым нам комфортно и интересно жить. Завели собаку и кошку. За домом построили сараечку, где папа выращивает кур и кроликов.
9 С переездом родители оживились: теперь у них дела. Мама ходит на маникюр и в театр, их постоянно окружают внуки. Приходишь до- мой, а там мама — это счастье из детства. Отношения становятся теплые, и, опять же, дело не в задушевных разговорах. Вы просто живете ря- дом и чувствуете эту теплую связу- ющую нить. Как привыкнуть жить вместе взрослым людям? Просто любить и все. Единственный со- вет для тех, кто выберет воссоеди- нение в большую многопоколен- ную семью. чувствовать теплую связующую нить
10 Рассказывает Нина Николаевна Верещагина О семье Верещагиных Пелагея Артёмовна была хорошая женщина. Невысокого росточка, бойкая, симпатич- ная, тёмноволосая. Порядочная, добрая, всегда у нее внуки гостили. Она готовила, встречала, провожала — была настоящей бабушкой. В войну работала в госпитале, кажется, в Саратове. Ухажи- вала за ранеными. Война, голод — трое её детей умерли от голода во время войны. Не- простая судьба, непростая жизнь. И Иван Фёдорович — хороший человек, мужчина слова. Никогда зря не скажет, никого не обидит. Работал до последнего. Он был экспедитором в совхозе «Солнечный», а мои родители работали в колхозе «Прогресс». Простая, порядочная семья, добросовестные работяги. О знакомстве с мужем С Владимиром мы ходили в одну школу в селе Агафоновка. Он жил на станции Пи- терка, а я через речку, в самой Агафоновке. А учились вместе. Что-то на выпускном эк- замене щёлкнуло — и всё. В школьные годы. Владимир Иванович и Нина Николаевна в центре
11 — Каким Владимир Иванович был в школьные годы, что вы можете сказать? — А что можно сказать, когда влюбишься? Не слишком озорной, нормальный па- рень. Всегда элегантный, пусть простенький гардероб был тогда у всех. Человек слова. Не хулиган, да и не скромняга, за себя мог постоять. Учился средне. После школы он пошёл в армию. После армии, через год, мы поженились — в 1972-м, в Питерке. Я окончила институт, а Владимир — московский Люберецкий техникум. По- том он работал инженером по технике безопасности на элеваторе в родной Питерке, потом на нефтебазе был директором, потом фермерское свое хозяйство — до пенсии. Я была главным бухгалтером на питерском элеваторе, на одном предприятии — всю жизнь. В 1973 году у нас родился сын Игорь, а в 1977 году — Наталья. У Игоря есть сын и дочь, внук и внучка — наши правнук и правнучка, у Натальи — сын. Сейчас мы живем у дочери, лет шесть, как переехали. Живем как у Христа за пазухой. Щёлкнуло — и всё!
12 Нина Николаевна на руках у отца
13 Владимир Иванович, Нина Николаевна с сыном Игорем Нина Николаевна с сыном Игорем
14 О Питерке Наши сёла: Питерка — районный центр, железнодорожная станция Питерка в семи километрах, и Агафоновка, где жила моя семья. У нас были разные предприятия: и маслозавод, и колбасный, и птицефабрика, и ПМК — и все потом рухнуло, как пришли 1990-е годы. Школа в Агафоновке, где мы учились, была десятилеткой. В неё привозили детей из близлежащих небольших хуторов и дере- вень, был большой интернат. Как жили люди? Частный дома, каждый держал скот. В колхозе были фермы и поля. Каждый и для себя держал скотину: уток, кур, коров, свиней. Сажали огороды. Раньше климат был другой, и лето было мягкое. А сейчас — жаркое, речки стали пе- ресыхать. Теперь всё по-другому. — Чем занимались дети в вашем детстве? — Чем же, озоровали-бегали, помогали по хозяйству. Родители на работе, что-то и мы старались. Всё делали. Арыков еще не было, огороды поливали вёдрами: с колодца выкачаем воду, польём огород, наберётся — опять выкачиваем. Все, что нужно по дому, делали. О еде из детства Мама пекла пироги и пирожки, блины, ва- рила каши и щи, готовила тушёную кар- тошку, галушки, плов. У нас там казахов много, и бешбармак тоже готовили. Холо- дильников не было, и, чтобы продукты не испортились, ставили их в погреб, а в по- гребе запасали лёд. Бидончики с молоком вешали, чтобы не прокисло, или в колодец спускали на верёвочке. Кто держал хозяй- ство, не ленился, все питались хорошо.
15 О праздниках Отмечали все советские праздники, но кроме них были и Пасха, и Рождество, и Креще- ние — это никуда не делось, все отмечали эти праздники. На Рождество ходили колядо- вать, под Старый Новый год гадали. Церкви в нашем селе к тому времени уже не было, её закрыли и разобрали до войны. И вновь построили только 2000-м. А в районном центре, в Питерке, церковь переделали в Дом культуры. Все христианские праздники чтились народными способами: люди ходили на могилки, встречались с родней, к Пасхе пекли куличи, красили яйца. У людей дома были иконы — ничего никуда не делось. И у нас были иконы, хоть папа и был партийный. Что касается старинных времен, то о них кто не говорил. Родители не рассказывали о своих дедах и бабушках, а мы не интересовались в детстве. Сейчас думаешь: что же мы раньше ничего не спрашивали? Верещагин Владимир Иванович
16 Рассказывает Анатолий Иванович Верещагин О Питерке В 19 лет я уехал из Питерки, и больше там не был. Наша семья жила на станции Питерка. Сама Питерка — районный центр. Там была большая церковь, переделанная в Дом культуры, больница, две школы, не- больших: одна начальная, другая с 7 до 11 класс. Потом школу сделали в Агафоновке, и в рай- онный центр уже никто не ездил учиться. Ну а я жил в интернате при школе. Я и Вася, это мой брат 1948 года рождения. Он приехал туда в 8 класс, и оканчивали мы школу вместе: учиться принимали строго с семи полных лет, и, так как я ро- дился в октябре, пошел в школу почти с 8 лет. Село большое, строения одноэтажные, даже правление колхоза было одноэтажное. Магазин был. Больница, военкомат. Район Питерский был большой, туда входило много колхозов, совхозов. Некоторые колхозы потом отошли Казахстану. У нас были такие урожаи пшеницы, что эле- ватор не справлялся. Делали бурты: вы- равнивали площадку и насыпали зерно в бурты. И зерно хранилось просто под открытым небом. Много и сгнивало его, зерна. Потом построили новый элеватор. Анатолий Иванович Верещагин с супругой
17 Объемы огромные! Колхозов и совхозов было много, а элеватор был один — на станции Питерка. И все сдавали зерно на этот элеватор. Питерский район производил твёрдые сорта пшеницы, которые шли за границу. Я работал на элеваторе, были адреса: Польша, Чехословакия, Германия. — Очень интересно. — Вы с Владимиром разговаривали, наверное? — Нет, вы наш первый источник. — Вовка знает больше. Это его село, его жизнь там. А я окончил школу и уехал. В отпуск приезжал — а в отпуске что можно увидеть? Ничего! — Тем не менее, родительский дом общий. — Родительский дом — да.
18 О детстве Сначала дом был маленький. Семья большая, 7 человек пацанов. Спали все на полу, кро- вати не поставишь. Потом построили вместительный дом, а из этого сделали кухоньку. Один житель по фамилии Антипенков добыл дизель, и в старой водонапорной башне поставил этот дизель. И провел линии к ближайшим домам. Так у нас появился свет электрический. Но и до того, как появился электрический свет, я любил читать. Лежал и читал при лампе часов до двух ночи. Любил фантастику. Библиотека маленькая была, книги расхватывали. Чтобы взять книгу, надо было иметь блат в библиотеке. Питерка стоит на речке Узень, мы рыбачили, на пруд ходили. Все дни проводили на пруду. На охоту ходили. Однажды мне купили новые брюки — а обычно я донашивал после Саши. И я, дурак, пошел на охоту в этих новых брюках. Подстрелил зайца. И, чтобы пустить пыль в глаза деревенским зрителям, повесил его через плечо на тесёмке и шёл по деревне. И не заметил, что кровь стекала, и всё на брюки. — Влетело? — Вы же знаете, что за такое не может не влететь. Семья Мой папа — Верещагин Иван Федорович, он родился 27 июня 1907 года. Мама — Пелагея Артёмовна, в девичестве Синель- никова, родилась 26 октября 1912 года. Всю жизнь они прожили в селе Питерка Саратовской области, никуда не выезжали. Если не считать того, что в детстве отец жил какое-то время в деревне под Варша- вой, откуда вернулся со своей мамой с на- чалом Первой Мировой войны. Отец работал на элеваторе, охранял наше добро социалистическое от расхитителей. Входил в охрану элеватора. А мама была уборщицей в клубе. И кроме того, колымили, как раньше это называли, на станции — разгружали вагоны. До того, как уехать, я тоже выгружал вагоны. Был огород и сад: у нас яблоки и вишни росли, смородина и крыжовник. Еще брали землю, соток девять, где сажали картошку, а процессе роста обрабатывали — пололи, окучи- Фёдор Яковлевич Верещагин Иван Фёдорович Верещагин
19 вали. Землю давали по берегу реки, там стоял насос, поэтому каждому приходила вода. Была корова, были овцы, свиньи, утки, куры — полное хозяйство. Молоко, масло, тво- рог — все было свое. Обычно зимой, в декабре, забивали свинью, вешали ее в холодных сенцах или в сарае, и, что нужно было, отрезали, перерабатывали, готовили. Много работы с таким хозяйством. Все помогали понемножку. — Как вам кажется, родители строгие были? Нас не били. Подзатыльник я не считаю за битьё. Или в школе кол получишь, слуша- ешь выговор: ты что, забор городить собрался? У нас были хорошие, справедливые ро- дители. Голодать не голодали, денег, конечно, не хватало, особенно на одежду. У отца была зарплата 800 рублей, а после реформы в 1961 году, он стал получать 80 рублей. 80 рублей на 10 человек — это мало. Никто из нас не страдал, не голодал, была нормаль- ная семья. Отец пахал как боевой слон. Сначала дом сделали, потом он обшил его тёсом. В Питерке леса не было, чтобы поставить сруб. Дом был саманный, обшили и жили в нём. Нормально всё было. Сачковать мы тоже пытались. Когда проходило — сачковали, а не проходило — [смех]
20 До 1918 года государственной регистрации рождения в современном понимании не существовало. Все записи о рождении, крещении, браке и смерти в Российской империи вели церковные приходы. Для православных это были метрические книги, которые велись священниками. Запись о рождении вклю- чала: дату рождения и крещения, имя ребёнка, имена родителей и восприемников (крестных), сословие и место жительства. Запись о рождении Ивана Верещагина 1907 год: Иван Федорович Верещагин родился в 1907 году 27 июня, крещен под именем Иоанн. Его родители: Села Питерки крестьянин Феодор Яковлев Верещагин и Екатерина Георгиева, оба православные. Восприемники — то есть, крестные отец и мать: Косьма Ге- оргиев Косицин и крестьянская девица Марья Яковлева Верещагина. Очевидно, что крестные Косьма Косицин был братом Екатерины, а Марья —сестрой Федора. Похозяйственная книга Питерки за 1934 год. В доме Ивана Верещагина, кроме него, жена Пелагея Артёмовна и мать Екатерина Георгиевна. Иван Верещагин — бедняк, грамотный, занятие — домашнее хозяйство. В хозяйстве у них корова и новорожденный телёнок. АРХИВ АДМИНИСТРАЦИИ ПИТЕРСКОГО РАЙОНА СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ Ф.7 ОП. 1 Д. 12 Похозяйственные книги — документ первичного учета на территории сельсоветов и волостей в совет- ское и постсоветское время. Он состоит из отдельных лицевых счетов на каждое хозяйство. Хозяйством считались совместно проживающие лица, ведущие общее семейное хозяйство. В похозяйственные книги вносили данные о членах семьи и данные о хозяйстве: размер приусадебного участка, наличие домашних животных и птицы, строения жилые и хозяйственные. Похозяйственные книги открывались на каждый населенный пункт, имеющий свыше 20 дворов. Книги закладывались один раз в пять лет, записи в них уточнялись ежегодно, по состоянию на 1 января, путём сплошного обхода и опроса населения 1-15 января. Летом — перепроверка. Время закладки книг зату- шёвывает реальные показатели обеспеченности хозяйств крупным и мелким скотом, так как на осен- ний период приходится забой, а требуемая инструкцией летняя перепроверка часто не проводилась.
21 Отчества выглядят, как фамилии: Георгиева = Георгиевич, Яковлев = Яковлевич. Отчества «с полным «вичем»», как это тогда называлось, людям крестьянского сословия были не положены.
22 Бабушка Бабушка Катя жила вместе с нами. Она умерла в 1963 году. Худенькая, я не скажу, что слишком низкая, среднего роста. Когда я учился в школе, мы мало обращали внимания на своих бабушек и дедушек. Она нам сказки рассказывала. У нас была печь в первой избе, на печи она рассказывала нам сказки. Давала денег на кино. Кино стоило 20 копеек. Она была доброй хорошей бабушкой. Дедушка погиб в Первую Мировую, я с ним не знаком. Знаю, что его звали Федор Яковле- вич Верещагин, он родился в 1886 году. Он служил в пограничном полку где-то в Польше — граница Российской империи раньше проходила по Польше. В 1915 году их отправили защищать крепость Ковно, и он там погиб. Так что деда его не видел. У них с бабушкой двое детей было, мой отец и моя тетя. Они все жили в Питерке. Ни отец, ни бабушка не рассказывали ничего про деда и как они жили там. Думаю, что старшие осторожничали: дед был в царской армии, старший вахмистр. На это кто как посмотрит, поэтому мол- чали, скрывали все. — Ваши родители вспоминали о военном времени? Как оно их коснулось? — Ничего не говорили. Отец служил во время войны в отдельном полку связи верховного главнокомандо- вания в Москве. Он был младшим сержантом. Тре- тий отдельный полк связи. — Как вы это запомнили, откуда вы это знаете? — Ну мы говорили на эту тему. У меня профессия такая, чтобы запоминать. Но чего не знаю, про то говорить не могу. — Получается, отец непосредственно на фронте не был? — Насчет фронта я не знаю. Отдельный полк связи — это не значит, что он сидел в Москве. Насчет выезда на фронт я вам не скажу. Знаю, что он служил в этом полку. Связисты — такое растяжимое понятие, они везде, начиная с роты и кончая верховным главнокомандованием. Отец умер 5 января 1987 года. Мать — в декабре 1993 года, она 81 год прожила. Они похоронены в Питерке на кладбище, в районном центре.
23 Рассказывает Елена Николаевна Верещагина Дедушка и и его сестра Мария жили очень дружно, даже дома их находились рядом, через дорогу. Бабушка Маша Косицына жила в семье своего сына Алексея и его жены Вален- тины. Будучи детьми, мы бывали часто и в одном доме, и в другом. Хорошо знали своих троюродных братьев: Вовку, Сергея Косицыных и Юрку Кондратюка. Дедушка участвовал в Великой Отечественной войне. Он находился в Москве, был свя- зистом. Я помню, у него были награды, но он не особенно ими дорожил, давал нам, де- тям, поиграть в них. Многие затерялись. Я родилась в июне. Баба Катя, мать деда Ивана, умерла через несколько дней. Едва до- ждалась правнучку, едва успела посмотреть, но не пообщалась. Бабушка хорошая была. И умерла она так же тихо, как и жила. Ночью встала в туалет. Свет — лампа керосиновая, тускло. Она наткнулась на табурет, упала и сломала шейку бедра. Раньше не лечили такую травму. И она просто лежала и потихоньку угасала. Похо- ронили ее в Питерке. Не на станции, а именно в Питерке. Раньше на станции не было кладбища, а потом сделали кладбище в Агафоновке — это 1,5-2 км от станции. — Можно ли спросить про сестру ва- шего отца? Как её звали, что вы зна- ете о ней? Верещагина Мария Фёдоровна. Младше отца года на три. Сколько я помню, она жила на этой станции, была нашей крёстной матерью, мы называли её мамашкой. У неё есть дочь и сын, она вроде бы много раз выходила замуж. Так и умерла в своем доме на станции. Как они приехали после Варшавы, так она там и жила.
24 Фёдор и Екатерина Верещагины Запись о венчании из метрической книги 1905 года: Села Питерки крестьянин Федор Яковлев Ве- рещагин, православного исповедания, первым браком, 19 лет и 8 месяцев; села Питерки крестьянка Екатерина Егоровна Касицина, православного исповедания, первым браком, 22 лет ГАСО Ф.637 Оп.26 Д. 26 Л. 109 об., Л 110 Запись о рождении Федора Верещагина, 1886 год: Родители — села Питерки отставной рядовой Яков Яковлев Верещагин и законная его жена Степанида Андреева. Крестные: Дмитрий Евграфов Царев и Дарья Филиппова Синельникова. ГАСО Ф. 637 Оп. 26 Д. 9 Л. 158 об, Л. 159 Запись о рождении Екатерины Касицыной, 1882 год: 25 ноября родилась, 26-го крещена Екатерина. Родители: села Питерки крестьянин Егор Давыдов Касицын и законная его жена Феврония Герасимова. Восприемники: Сего села и звания Николай Дорофеев Касицын и девица Евфимия Давыдова Касицына. ГАСО Ф. 637. Оп.26. Д. 7 Л. 182 об, Л. 183
25 Охрану границ Российской империи обеспечивал Отдель- ный корпус пограничной стражи (ОКПС). Его территориальная структура основывалась на окру- гах и бригадах. В 1914 году было 7 пограничных округов: Финляндский Севе- ро-Западный Варшавский Киев- ский Черниговский Кавказский Амурский (Дальний Восток). Каж- дый округ включал несколько бригад, которые охраняли кон- кретные участки границы. Бригады — подразделения вну- три округа. Например, в Варшав- ском округе была 10-я Рыпинская бригада, 11-я, 12-я и так далее. Бригады имели свои гарнизоны, штабы и были привязаны к опре- делённым участкам границы. Фёдор Яковлевич Верещагин и Екатерина Косицына поженились в 1905 году. В 1907-м у них родился Иван. В скором времени семья переехала из родной Питерки во Млаву — город в Плоцкой губернии, на западной границе Российской империи. Фёдор Яковле- вич поступил в пограничную службу. Документов, которые могли бы раскрыть причины такого поворота в жизни Верещагиных, не обнаружено: это мог быть как призыв на сроч- ную службу с решением остаться сверхсрочно, так и выбор обеспечения жизни. Во Млаве у русского гарнизона была своя церковь. Метрические записи ее говорят о том, что семьи жили полноценно: жены и дети — вместе со служившими мужьями, рожда- лись дети, чему помогали врачи и медсёстры, служилые люди женились, выдавали за- муж дочерей, женили сыновей. Словом, не откладывали жизнь до окончания службы. Земляки держались вместе: у выходцев из Самарской губернии в крёстных у детей — тоже самарские, пусть и другого села. В 1913 году у Фёдора и Екатерины родилась дочка Мария. В коротких метрических записях по штрихами прослеживается биография и са- мого Фёдора: в 1912 году Екатерина становится восприемницей, и записана как жена унтер-офицера Вульковского отряда 10-й пограничной Рыпинской бригады Фёдора Яков- левича Верещагина. К рождению дочери в 1913-ом году Фёдор Яковлевич — в звании старшего вахмистра Пеплувского полка, той же 10-й пограничной Рыпинской бригады. 10-я Рыпинская пограничная бригада — пограничная воин- ская часть Русской императорской армии. Она дислоциро- валась в городе Рыпин. Бригада делила на четыре отдела, Пеплувский отряд входил в первый отдел, который распола- гался во Млаве. Во время мобилизации 1914-го года из нескольких бригад или их частей формировались полки. Федор Яковлевич слу- жил в Рыпинской бригаде, и его госпитальной карточке зако- номерно указан Рыпинский полк. Практически все бригады перешли под военное подчинение в начале войны, боевые части ОКПС участвовали в действиях на западном фронте. 10-я Рыпинская бригада
26 Запись о рождении Марии Федоровны Верещагиной, 1913 год: 24 июня родилась, 22-го июля крещена Мария — во имя святой равноапостольной Марии Магдалины, память которой совершается 22 июля. Родители: старший вахмистр Пеплувского отряда 10 пограничной Рыпинской бригады из кре- стьян Самарской губернии Новоузенского уезда села Питерки Федор Яковлевич Верещагин и законная его жена Екатерина Георгиевна, урожденная Косицина, оба православного вероисповедания. ГАСО.637.26.6.006 об,007 С середины XIX века во Млаве возрастало чис- ло русских, главным образом — чиновников и солдат царской армии вместе с семьями. Пра- вославному населению нужен был свой храм, и в 1879 году была построена церковь святого Ге- оргия Победоносца. Она находилась в западной часть нынешнего городского парка. В 1926 году уже разрушенную церковь разобрали, построив из кирпичей здание Городского крае- ведческого музея.
27 Восприемники: Вахмистр Кремповско- го отряда 10-й пограничной Рыпинской бригады из крестьян Самарской губер- нии села Перекопнаго Петр Федорович Пекин и жена старшего вахмистра Млав- ского отряда той же Рыпинской бригады из крестьян Самарской губернии и уезда села Орлова-Гай Василия Иоанновича Юдочкина Мария Владимировна Семья Верещагиных. Вероятно, фото сделано уже во время Первой мировой, незадолго до отъ- езда Екатерины с детьми обратно в Питерку.
28 КАРТА ПЕРЕ
29 МЕЩЕНИЙ
30 Летом 1914 года привычный уклад жизни Верещагиных был разрушен событиями, развернувшимися далеко за пределами Млавы. 28 июня в Сараево был убит на- следник австро-венгерского престола эрц- герцог Франц Фердинанд, конфликт между Австро-Венгрией и Сербией быстро пере- рос в войну европейских держав. Россия вступила в нее в поддержку Сербии, и 17 (30 июля) объявила мобилизацию армии, а 19 июля (1 августа) Германия объявила России войну. Так началась Первая миро- вая война. Млава, находившаяся на границе с Герман- ской империей, оказалась в полосе крупных маневров Восточно-Прусской операции. Через район Млавы проходили маршруты сосредоточения и движения русских войск, наступавших в Восточную Пруссию в авгу- сте 1914-го, переводя линию фронта на за- пад. Но после разгрома армии Самсонова в Танненбергском сражении и общего от- хода русских войск положение резко изме- нилось. Немцы перехватили инициативу и начали продвижение на территорию Цар- ства Польского. Млава стала одним из приграничных го- родов, через которые прокатилась волна отступления и последующего немецкого наступления. Осенью 1914 года город ока- зался под контролем германских войск. Екатерина Егоровна успела увезти семилет- него Ивана и годовалую Марию в Питерку: семьи военнослужащих организованно эвакуировались по местожительствам. В феврале 1915-го Федор Верещагин посту- пил в московский госпиталь. Ранение или болезнь, при регистрации не уточнили
31 Отрядная книга Рыпинской бригады: упомина- ние вахмистра Верещагина, которому 30 июня выдано на довольствие 17,80 руб. РГВИА Ф. 4919 Оп. 1 Д. 71 Л. 35
32 «Убит под Ковно» Ковно (ныне Каунас) был одной из ключевых крепостей Российской империи на запад- ной границе, поэтому его оборона в 1915 году имела большое стратегическое значение: на реке Неман, у важного железнодорожного узла, на путях из Восточной Пруссии в Литву и Белоруссию. Ковно прикрывало пути в глубь Российской империи. После падения кре- пости в августе 1915 года немцы получили возможность быстрее продвигаться на восток. Бои за Ковно описываются очевидцами как ад на земле: шел непрерывный артиллерий- ский обстрел крепости, ее освещали прожекторами — и все, что двигалось, становилось целью. Нескончаемые взрывы, огромное количество смертей, страшные ранения. Остатки батальонов изнеможденных, деморализованных солдат переходили через Неман на сто- рону немцев — и попадали под собственный огонь. События трех решающих дней битвы расписаны историками с точностью до часа, помогают представить последние дни жизни Федора Яковлевича: он погиб 3 августа 1915-го, в день, когда решилась судьба Ковно. Наступление на крепость началось 26 июля. 1-й пограничный полк, где был и Федор Ве- рещагин, вошел в первый отдел обороны, расположенный между Неманом и Йесей, и за- щищал участок от фольварка Йонучай до железной дороги — 400 солдат полка были ре- зервом. Фольварк — это хутор или небольшая деревня. Ночью на 1 августа немцы атаковали позиции от Немана до Йонучай. Две атаки русские войска отбили ружейно-пулеметным и артиллерийским огнем. Третью, после прибытия резервных частей — штыковой атакой.
33 К ночи с 1-го на 2 августа передовые позиции были прорваны, но, понеся потери, отступили и немцы. У Йонучай появилась колонна 1-го пограничного полка, спешив- шая на помощь защитникам Арманишкяй. Окопы от шоссе на Гарляву до Заграды были отбиты, но лишь на одну ночь: после артиллерийского обстрела в 6 часов наступившего утра завязался ближний бой в окопах рубежа Армонишкяй —Йонучай — Заграда. От- ступающие русские войска несли большие потери у деревни Йонучай и, несмотря на но- вое резервное подкрепление, немцы заняли окопы. Во всех отделах обороны крепости в срочном порядке формировались резервы и отправлялись в первый отдел. Целые сутки солдаты были без еды: полевая кухня под прожекторами немцев не могла добраться до бойцов. Видимо, Федор Верещагин уцелел и смог отступить вместе с оставшимися бой- цами ближе к крепости. В 00:55 комендант крепости генерал от кавалерии Григорьев высылал радиограмму штабу 10-й армии: «Положение крепости в данный момент критическое, солдаты отступают к линии обороны фронтов, они деморализованы, измождены, с трудом могут удержать позиции этой линии обороны. Если сегодня не будут произведены попытки атаковать врага стыла и и фланга, можем лишиться первого отдела обороны и всей артиллерии». В это время верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич лично передал рапорт Николаю II, где сообщил о неизбежном оставлении врагу Ковенской кре- пости и своевременном выведении войск из цитадели (несмотря на то, что бои там все ещё продолжались).
34 Утром начался разгром I форта крепости. Около 12 часов пехота покинула его, для при- крытия их остались несколько артиллеристов. Началось отступление оставшихся сол- дат I отдела обороны, вывоз раненных происходил под грохотом взрывающихся рядом с составами снарядов. Форты были окружены. Из-за сильных разрушений валы фор- тов и окружающие их рвы не стали непреодолимой преградой для противника, какое-то время они сражались в окружении, но затем были вынуждены капитулировать. Германцы начали массово брать пленных и захватывать орудия. По данным историка, крупнейшего исследователя битвы за Ковно, А.Поцюнаса, немец- кая армия потеряла потеряла около 10 000 человек, гарнизон во время обороны мог по- терять ранеными и погибшими до 25 000 солдат и офицеров русской армии, из них по- гибшими – не менее 7000. Все они покоятся в литовской земле. Сейчас в крепости Ковно расположен музей. Неподготовленность Ковны вести долгую борьбу защитники поняли вскоре после первых штурмов, но об отдаче этой твердыни не было и разговора. Знали устройство крепости и немцы. Благодаря удивительно развитому шпионству, немцы знали устройство чуть ли не всех фортов крепости, за исключением вновь возведенных укреплений впереди крепости. Из книги Михаила Василевского «Как пала Ковна»
35
36
ФИО вероисповедание губерниязвание уездхолост/женат ранен, убит, умер от ран, болезней, в плену, остался на поле сражения какой волости/ села, деревни, города или станицы год месяц число где, в каком сраже- нии куда и в какое вра- чебное заведение отправлен 37