View metodichka galkina flipbook.
ГБУКВО «Волгоградская областная специальная библиотека для слепых» Методические материалы к 200-летию со дня рождения М. Е. Салтыкова-Щедрина «Мастер русской сатиры» Волгоград 2026
Составитель: Галкина Е. А. Компьютерная верстка, оформление: Дубовова А.С. Редактор: Чагова С.П. Ответственный за выпуск: Чагова С.П. Тираж 2 экз. Отпечатано в Волгоградской областной с пециальной библиотеке для слепых 2026 г. 400087, г. Волгоград, ул. Невская, д. 7 тел.: 32-82-62 факс: 33-68-19 Email: vosbs@list.ru
От составителя В круговерти дней, когда время спрессовано в бесконечную череду забот, а значимые даты порой мелькают подобно станциям в окне скорого поезда, двухсотлетие Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина является не просто формальной точкой отсчета, но истинным подарком для вдумчивого сердца. Это тот редкий случай, когда календарное число обретает плоть и кровь, приглашая нас приостановить бег и вслушаться в живой, чуть насмешливый и бесконечно человечный голос классика. Для нескольких поколений читателей имя Щедрина неразрывно срослось с образом грозного обличителя, неподкупного судьи общественных пороков. За монументальной бронзой его сатиры, за гротескным величием «Истории одного города» мы порой перестаем различать живые черты: того самого мальчика, завороженно внимающего шепоту старых лип в Спас-Углу; томного лицеиста, впервые ощутившего остроту слова; и, наконец, трогательного отца семейства, сочинявшего для своих детей удивительные, полные доброй иронии сказки. Задача наших материалов — мягко, но настойчиво напомнить, что за каждой сатирической гиперболой стоял человек, умеющий не только обличать, но и любить, страдать и улыбаться. Предлагаемые вашему вниманию материалы — это попытка диалога, очищенного от сухой терминологии и безликих инструкций. Мы стремились вернуть «разговору о классике» доверительную интонацию. Вместо аннотаций и формальных справок здесь звучит повествование о судьбе, пронизанное деталями частной жизни, трепетным отношением к семейному очагу и той внутренней деликатностью, которая делает гения по-настоящему близким, а не хрестоматийно далеким. Пусть эти страницы станут для вас не просто подспорьем, но и добрым собеседником в долгом и прекрасном путешествии по лабиринтам щедринского слова. Мы верим, что с их помощью проницательный, чуть прищуренный взгляд Михаила Евграфовича вновь встретится со взглядом нового читателя — так же тепло и пронзительно, как когда-то он озарял лица домашних, собранных за большим столом под мерный бой старых часов. Методические материалы предназначены библиотекарям, педагогам для проведения мероприятий, посвященных литературе.
Диалог сквозь столетия Двухсотлетний юбилей Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина — не рядовая календарная отметка, а событие поистине эпохального звучания, властно призывающее общество заново вслушаться в тревожный, обжигающий голос великого обличителя. Эта дата — повод не для ритуального поклона, а для страстного, неравнодушного разговора о том, как литература становится совестью нации. О силе и назначении слова Щедрин размышлял глубоко и бескомпромиссно. Вот что он писал, словно адресуя эти строки и нам, потомкам: «Литература изъята из законов тления. Она одна не признаёт смерти». Эта фраза — ключ к пониманию его собственного творческого пути: он не стремился к сиюминутной популярности, он добивался того, чтобы слово работало как рычаг, способный сдвинуть с места даже самую закоснелую реальность. Титул «мастера русской сатиры», прочно закрепившийся за Щедриным, звучит сегодня почти скромно: он едва ли способен вместить тот титанический размах мысли, ту беспощадную хирургическую точность, с которой писатель вскрывал гнойники общественных пороков. В день юбилея мы обязаны увидеть его наследие не как застывший памятник, а как живой, пульсирующий нерв отечественной культуры — острый, неудобный, но жизненно необходимый. Истоки характера: суровое детство и мятежная юность Гений Щедрина не возник на пустом месте — он пророс сквозь трещины жестокой реальности старой дворянской России, впитав в себя её холод, её лицемерие, её удушающую косность. Михаил Евграфович появился на свет 15 (27) января 1826 года в угрюмых стенах усадьбы Спас-Угол Калязинского уезда Тверской губернии — месте, где патриархальная строгость граничила с деспотизмом, а благополучие поместья держалось на хрупком и страшном фундаменте крепостной зависимости. Детство будущего сатирика было окрашено в мрачные, свинцовые тона. Атмосфера дома дышала тяжёлым, застойным воздухом: здесь царили расчётливость и властность, а семейные отношения нередко омрачались дрязгами из-за наследства. Особое влияние на формирование характера мальчика оказала мать, Ольга Михайловна Забелина, — женщина стальная, непреклонная, с железной хваткой и холодным прагматизмом. Её суровость, граничившая с жестокостью, оставила в душе ребёнка неизгладимый след, позже отозвавшись в щедринских образах диких, самодурствующих помещиков. Однако в этом же доме, вопреки его мрачной ауре, закладывался и фундамент будущего величия. Мать, при всей своей жёсткости, позаботилась о блестящем
образовании сына: французские гувернёры, глубокое погружение в античную классику и русскую словесность сформировали в мальчике острый ум и тонкое чувство слова. Юный Салтыков впитывал литературу жадно, словно предчувствуя, что именно она станет его главным оружием. В шестнадцать лет он покинул родовое гнездо, чтобы поступить в Царскосельский лицей — святилище вольномыслия, где ещё витал дух Пушкина и где само пространство будто подталкивало к размышлениям о свободе, чести и служении Отечеству. Мечтательный юноша, робко слагавший стихи и грезивший о лаврах Гёте или Байрона, ещё не знал, что судьба готовит ему куда более суровую и высокую миссию: не воспевать идеалы, а безжалостно срывать маски с порока. Творчество: анатомия национальной души Творческий путь Щедрина — это драма взросления художника, который из сочувствующего наблюдателя превратился в грозного судью. Его литературная биография чётко делится на два мощных, контрастных периода, каждый из которых стал вехой не только в его личной судьбе, но и в истории русской литературы. Ранний период: реализм ссылки. Литературный дебют Салтыкова обернулся для него приговором власти. Повести «Запутанное дело» и «Противоречия», пронизанные болезненным сочувствием к «маленькому человеку» и яростной критикой социального неравенства, привлекли внимание тайной полиции. Наказание последовало стремительно и показательно: над головой молодого писателя сломали шпагу — символическая гражданская казнь, означавшая лишение прав и чести. Затем последовала восьмилетняя ссылка в Вятку — глухую, провинциальную окраину империи, которая в глазах властей должна была стать местом забвения, а для Щедрина превратилась в бесценную лабораторию жизни. Вятская ссылка стала для него суровой школой познания: здесь, среди чиновничьих кабинетов и купеческих гостиных, он досконально изучил механизм провинциальной власти, увидел, как бюрократия, кумовство и равнодушие становятся нормой. Именно этот опыт, горький и беспощадный, лёг в основу «Губернских очерков» — произведения, которое прозвучало как откровение. Впервые русская литература услышала густой, неподражаемый язык провинциального чиновничества и купечества — язык, в котором канцеляризмы соседствовали с просторечием, а лицемерие маскировалось под благопристойность. Зрелый период: симфония гротеска. Вершиной творческого пути Щедрина стала эпоха его работы в журнале «Отечественные записки». Здесь его талант обрёл поистине симфоническое звучание: мощные, многоголосые композиции, где сатира переплеталась с трагедией, а гротеск становился инструментом глубокого социального анализа.
«История одного города» — это не просто роман, а пугающая антология пороков власти, препарирующая саму матрицу российской государственности. Галерея градоначальников — от комичных до чудовищных — складывается в единый, зловещий портрет системы, где произвол и абсурд становятся нормой. «Господа Головлёвы» открывают другую грань щедринского гения: здесь он направляет свой ланцет внутрь самой семьи, показывая, как нравственное разложение разъедает род изнутри. Образ Иудушки Головлёва — это вечный символ пустословного фарисейства, лицемерия, способного отравить всё живое. Особую силу и актуальность сохраняют «Сказки для детей изрядного возраста». За масками премудрых пискарей, здравомыслящих зайцев и карасей-идеалистов скрываются пронзительные притчи о капитуляции совести перед страхом, о приспособленчестве и утрате человеческого достоинства. Эти сказки, внешне напоминающие народные, на деле оказываются самыми острыми политическими памфлетами, где юмор служит не для развлечения, а для пробуждения мысли. Между кабинетом вице-губернатора и письменным столом Феномен Щедрина невозможно постичь, не учитывая парадоксального переплетения его литературной и государственной деятельности. Судьба словно нарочно поставила его в центр той самой системы, которую он беспощадно обличал. Блестящий питомец Лицея, волею рока брошенный в смрадное пекло имперской бюрократии, позже сам занял кресла вице-губернатора в Рязани и Твери. Этот парадокс придаёт творчеству Щедрина особую достоверность и глубину. Вчерашний ссыльный, получивший власть «казнить и миловать», получил уникальную возможность изучить государственный механизм изнутри. Он видел, как работают шестерёнки власти, как формализм подменяет суть, как равнодушие становится профессиональной добродетелью чиновника. И именно это знание, полученное не из книг, а из личного опыта, сделало его сатиру такой убийственно точной. Щедрин стал редчайшим явлением в истории литературы — человеком, в котором уживались два, казалось бы, несовместимых начала: грозный ревизор, безжалостный гонитель лихоимцев, и гениальный художник-визионер. Этот трагический контраст придал его прозе невероятную плотность, фактурность и леденящую кровь достоверность. Редакторская работа в «Отечественных записках» стала венцом его гражданского подвижничества. Под мёртвящим оком цензуры он сумел превратить журнал в негасимый духовный форпост живой мысли России, где каждое слово приходилось отстаивать, а каждая публикация становилась актом мужества. За фасадом жёлчного обличителя: личная жизнь и душевная драма
За маской едкого, беспощадного сатирика скрывался человек поразительной внутренней деликатности, мучительных рефлексий и всепоглощающей любви. Главной гаванью в бурной, полной конфликтов жизни Щедрина стала Елизавета Аполлоновна Болдина. Их союз, начавшийся ещё в вятской ссылке, многим современникам казался странным: дочь простого купца и опальный дворянин — мезальянс, который общество не спешило принимать. Однако именно эта женщина стала для писателя единственным настоящим ангелом-хранителем, верным другом и матерью двоих его горячо любимых детей — Константина и Елизаветы. В стенах их петербургского дома уставший после яростных баталий с цензорами и бюрократами писатель сбрасывал непробиваемую броню циника. Современники вспоминали домашнего Щедрина как нежнейшего отца, трогательно возившегося с детьми, строившего им игрушечные крепости и придумывавшего добрые сказки, совершенно лишённые привычной социальной горечи. Этот контраст между тихим семейным счастьем и его литературной вселенной, населённой чудовищами, делает образ писателя особенно трагичным. Душевная драма Щедрина заключалась в глубоком внутреннем разломе: бесконечно любя своих близких, он ненавидел то сословие, к которому принадлежал сам, презирая сытую, праздную дворянскую спячку. Эта внутренняя борьба, эта мучительная раздвоенность и стали источником той особой силы, которая звучит в каждой строке его произведений. Исторический контекст эпохи: крушение иллюзий Мировоззрение Щедрина ковалось в горниле тектонических исторических сдвигов. Он стал свидетелем Великих реформ Александра II и отмены крепостного права — акта, который, по замыслу реформаторов, должен был открыть новую эру. Однако реальность оказалась куда сложнее: освобождение крестьянина от барина не избавило его от вековечного страха перед плеткой, а новые формы зависимости оказались не менее жестокими. За коротким периодом надежд последовала долгая эпоха политической реакции, свинцовой цензуры и торжества казённого патриотизма. Именно это послевкусие обманутых ожиданий и породило главную трагедию щедринского творчества: горькое осознание того, что внешние перемены бессильны, пока не изменится внутренняя природа человека. Щедрин понял то, что многим его современникам хотелось не замечать: проблема не в отдельных порочных чиновниках или жестоких помещиках, а в самой системе ценностей, в привычке к произволу, в готовности мириться с несправедливостью. Его сатира стала попыткой разбудить общество, заставить его взглянуть правде в глаза. Архитектура языка и мостик в современность
Язык Щедрина — самостоятельное явление мировой литературы, уникальное по своей выразительности и силе воздействия. Тяжёловесные периоды, усыпанные мёртвой пылью канцеляризмов, внезапно взрываются яркой, живой идиомой, создавая эффект шока, пробуждения. Он виртуозно владел искусством контраста: сухая, бюрократическая речь соседствовала у него с народной образностью, а гротескные преувеличения подчёркивали реальную, неприглядную суть явлений. Многие щедринские формулы стали крылатыми, вошли в повседневный язык и превратились в универсальные формулы оценки действительности. «Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления» — эта фраза звучит сегодня не как исторический курьёз, а как точный диагноз. Мы по- прежнему клеймим «головотяпство» и «благоглупость», сталкиваемся с «административным восторгом» чиновников — и сами того не замечая, говорим щедринским языком. Чтение Щедрина сегодня — это акт гражданской гигиены, болезненная, но необходимая прививка от апатии и равнодушия. Его сатира не даёт нам расслабиться, не позволяет забыть о том, что справедливость — не данность, а постоянная работа. Как напоминал нам Мастер, «от него кровопролитиев ждали, а он чижика съел»: за внешней нелепостью скрывается страшная правда о системе, где мелкие, абсурдные поступки становятся нормой, а настоящие преступления остаются незамеченными. Цитаты М. Е. Салтыкова-Щедрина «Литература изъята из законов тления. Она одна не признаёт смерти». «Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления». «От него кровопролитиев ждали, а он чижика съел». «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения». «Всякому безобразию своё приличие». Приложение Сценарий литературного квеста-расследования «Тайны старого чердака» Посвящается 200-летию со дня рождения М.Е. Салтыкова-Щедрина Целевая аудитория: младшие школьники (7–10 лет).
Место проведения: Волгоградская областная специальная библиотека для слепых. Время: 45 минут. Формат: командная игра по станциям. Действующие лица: Библиотекарь (Хранительница Чердака) — ведущий. Реквизит и подготовка: Портрет М.Е. Салтыкова-Щедрина на мольберте, старый зонтик, чемодан (в нем лежат сказки), пять конвертов с заданиями («Улики»), спрятанные в разных углах зала, бумага и ручка для ведущего, небольшие призы (закладки, грамоты). На столе лежат муляжи или картинки продуктов: мясо, окорок, колбаса, яблоки, груши, сливы, картофель, репа, свекла. Ход игры: Ведущий: Приветствую вас, юные сыщики! Сегодня наша библиотека превратилась в старинный заброшенный дом. (Ставит зонт в угол). Этот чердак не убирали почти двести лет. Посмотрите, сколько здесь пыли... (смахивает пыль с полки), паутины... И вот я нашла этот странный предмет. Говорят, он принадлежал человеку с очень длинной фамилией. Он любил писать сказки, но такие колючие, что их боялись даже волки. Имя его — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Ровно 200 лет назад он родился. Но все его волшебные истории куда-то пропали! На чердаке остались только обрывки фраз, загадки и старые следы. Если мы не соберем все улики, тайна великого сказочника исчезнет навсегда. Вы принимаете вызов детективов? (Ответ детей) Ведущий: Прежде чем мы переступим порог этого пыльного места, послушайте, что о нашем герое написала поэтесса Любовь Шарапова. Она как раз говорит о том, почему нам так нужны его мудрые сказки: Салтыков – Щедрин нас тешит Сказкой – старой, мыслью – свежей. Добродетелям – посылы, Слабостям – победной силы. В первом – радостью! – работа, Уму - Родина - забота. Лишь других мы судим, злимся, Тот «пескарь», другой «медведь». Но не можем, но боимся Внутрь себя взглянуть посметь. — Любовь Шарапова Ведущий: Сейчас мы с вами разделимся на две команды знатоков, чтобы быстрее осмотреть каждый угол. Но помните главное правило нашего расследования: подсказывать можно только шепотом, а выкрикивать ответ нельзя — иначе спугнем дух писателя! Станция 1. Улика №1: «Голодный остров» Ведущий: Первая зацепка ведет нас к морю. Я чувствую запах соли. Кажется, эта улика упала за книжный шкаф. (Делает вид, что ищет, и достает первый конверт). Читаем: «Жили да были два генерала, и так как оба были
легкомысленны, то в скором времени очутились на необитаемом острове». Генералы голодают! Они нашли старую газету и пытались её съесть. Нам нужно спасти их от голода. Задание: Команды встают в две шеренги. Ведущий называет предметы. Если это можно найти в лесу или реке и съесть — команда делает хлопок над головой. Если нет — топает ногами. Рябчик (хлопают). Чугунная гиря (топают). Сапог со шпорой (топают). Вареная картошка (хлопают). Стеклянная бутылка (топают). Ведущий: Молодцы! Генералы спасены благодаря вашим познаниям в окружающем мире. Вот вам первая часть секретного слова — буква «С». Прячем её в наш блокнот. Станция 2. Улика №2: «Трусишка в норе» Ведущий: Следующая улика закатилась под радиатор. Кто там дрожит? А, это знаменитый пискарь! Его папенька перед смертью сказал: «Коли хочешь жизнью жуировать, так гляди в оба!». А сынок понял всё буквально и всю жизнь просидел в темной дыре. Давайте покажем ему, чего он лишился. Игра «Премудрый пискарь»: когда я говорю команду, вы сначала прячетесь — садитесь на корточки и закрываете голову руками. А потом выполняете действие. «Пискарь пошел гулять!» (Прячемся — встаем — маршируем на месте). «Пискарь увидел щуку!» (Прячемся — встаем — делаем страшное лицо и рычим). «Пискарь решил поспать на песочке!» (Прячемся — встаем — потягиваемся и зеваем). Ведущий: Поняли теперь, ребята? От страха жизни не видно. За смелость получайте вторую улику — букву «А». Станция 3. Улика №3: «Голова механика» Ведущий: Слышите скрип? (Издает звук "Дзыынь!"). Это тикают мозги градоначальника Брудастого из города Глупова. Вместо головы у него был механизм — органчик. Он знал всего две команды государственного управления. Как вы думаете какие? (Дети отвечают. Правильный ответ: «Разорю!» и «Не потерплю!») Игра «Городской переполох»: Когда я командую «РАЗОРЮ!» — вы должны громко топать и махать руками, изображая бурю. Когда кричу «НЕ ПОТЕРПЛЮ!» — вы должны замереть как статуи и нахмурить брови. Начали! (Ведущий быстро меняет команды, ускоряя темп) Ведущий: Ваши живые головы работают гораздо лучше деревянных! Заслуженная награда — буква «Л». Станция 4. Улика №4: «Больной помещик»
Ведущий: Чувствуете запах яблок? Одна улика прячется прямо в кроне этого дерева (указывает на комнатное растение или стопку зеленых книг). Здесь живет «Дикий помещик». Ему так надоели мужики, что он попросил Бога их забрать. Мужиков забрали, а во дворце остались одни мыши, и князь сам стал похож на медведя. Чтобы вернуть ему человеческий облик, нам нужно вспомнить три вещи, которые делают простые люди, а господа разучились. Задание «Школа выживания»: Команды по очереди называют действия. Кто назовет последним — победил. (Варианты детей: пашут землю, строят дома, пекут хлеб, шьют одежду, добывают уголь, водят машины). Ведущий: Ура! Помещик снова может есть пироги. Ваша четвертая буква — «Т». Станция 5. Взлом сундука Ведущий: Итак, наши улики-буквы: С — А — Л — Т. Не хватает еще немного, чтобы открыть замок тайны. Где же писатель прятался от жандармов, когда писал свои самые острые статьи? В редакции журнала! Как назывался его самый главный журнал, где печатались все эти истории про глуповцев? (Подсказка: Журналы часто лежат в углу комнаты. Дети ищут глазами и находят стопку журналов или газет, если есть, либо просто вспоминают — «Отечественные записки»). Буква — «Ы». Как вы думаете, каких букв не хватает? (ответ детей) Сейчас мы с вами проверим ваши догадки. Станция 6 (финал): «Кладовая Обжоры-Воеводы» (Или просто: «Конкурс Огромных Вкусностей»). Легенда: «Внимание, детективы! Мы попали в сказку "Дикий помещик". Помните, как князь решил извести своих крестьян? Он думал, что без них станет жить лучше. Но вместо этого одичал сам. А всё потому, что он был страшный Обжора (буква О) и не умел добывать пищу. У нас есть три корзины с припасами от мужика, но надписи стерлись. Нам нужно разложить продукты по трем правилам». Перед детьми стоят три стула/коробки с табличками-ребусами. Чтобы получить букву, дети должны правильно распределить еду. Корзина №1 (Буква К): «Кислое и Красное» Здесь живет барыня-Кислушка. Задание: Сложите сюда всё, что растет на дереве и имеет красный цвет (или может быть кислым). Ответ: Яблоки, сливы (клюква, если есть). Корзина №2 (Буква О): «Для Обжоры-Одиночки» Сюда помещик складывал то, что любил больше всего, когда остался один в усадьбе. Задание: Сложите сюда самую сытную, тяжелую еду, которую нельзя просто сорвать с ветки. То, что нужно долго готовить на огне. Ответ: Мясо, окорок, колбаса. (Ведущий комментирует: «Помещик мяса хотел, да зубов своих жалел!»). Корзина №3 (Буква В): «Всё Водяное» Угадайте, кто здесь прячется? Тот, кто живет в реке из сказки про дикого помещика, когда там вода зацвела. Задание: Сложите
сюда всё, что растет под землей (как раки) или любит влагу. Ответ: Картофель, репа, свекла. Ведущий: А теперь давайте сложим все буквы. Что у нас получилось? Дети: С-А-Л-Т-Ы-К-О-В! Ведущий: Верно, Салтыков! А вторая фамилия была... Щедрин! Потому что дарил он читателям щедрые мысли. Имя отгадано! Пароль принят. (Ведущий торжественно подходит к столу, берет заранее подготовленный пакет с призами). Вот он — «старый чердак», полный сокровищ! (Открывает пакет). Эти книги и медали ждали своего часа ровно 200 лет. Михаил Евграфович оставил нам завещание: смотрите вокруг внимательно. Смейтесь над жадными помещиками, жалейте трусливых пискарей и никогда не забывайте, что любую работу — будь то постройка моста или написание книги — должен делать Мастер. Спасибо за помощь в расследовании! Теперь вы — официальные Хранители Тайн Старого Чердака. Новых вам открытий! (Вручение подарков под аплодисменты, общая фотография с портретом писателя) Библиография Произведения М. Е. Салтыкова-Щедрина: Салтыков-Щедрин, М. Е. История одного города / вступ. ст. и коммент. В. Н. Баскакова. — Л.: Художественная литература, 1984. — 272 с. Салтыков-Щедрин, М. Е. Господа Головлевы : романы, сказки. — М.: Эксмо, 2023. — 640 с. Салтыков-Щедрин, М. Е. Пошехонская старина : житие Никанора Затрапезного. — М.: Азбука-классика, 2022. — 800 с. Салтыков-Щедрин, М. Е. Губернские очерки. — СПб.: Наука, 2021. — 512 с. — (Серия «Литературные памятники»). Критика, исследования и биографии: Бушмин, А. С. Салтыков-Щедрин: искусство сатиры. — М.: Современник, 1975. — 272 с. Салтыков-Щедрин в воспоминаниях современников : в 2 т. / сост. С. А. Макашин. — М.: Художественная литература, 1977. Турков, А. М. Салтыков-Щедрин. — М.: Молодая гвардия, 2020. — 448 с. — (Жизнь замечательных людей ; вып. 1876). Пропп, В. Я. Русская сказка. — М.: Лабиринт, 2021. — 416 с.
Русские писатели. XX век : биобиблиографический словарь : в 2 ч. / под ред. Н. А. Грозновой [и др.]. — М.: Просвещение, 1998.