2 Вместо предисловия Наталья Владимировна Южакова, инициатор исследования, о значимости истории семьи Моя цель, с которой я подошла к этому исследованию, проста: узнать о всех предках и передать эти сведения потомкам. Чтобы люди, благодаря которым мы существуем здесь, сейчас, не ушли в безызвестность. Память — это самое главное. И я хочу, чтобы наши потомки знали тех, кто есть. Не был, а именно есть в истории их семьи. С каждым годом ценность этого знания понимается все больше. Более того: я не могу на- звать ни одного человека, кто не дошел бы до осознания этой ценности и сожаления, что узнал о своих предках своевременно. И остался как будто один или без опоры. Это кос- нётся и меня, и каждого члена моей семьи, и наших потомков, если вовремя не позабо- титься о памяти. Невозможно отыскать какую-то практическую быструю пользу, но на уровне интуиции я понимаю, что это необходимо — собрать и сохранить нашу историю. Моё детство прошло в поселке — железнодорожной станции. Я видела много уходя- щих поездов. В процессе нашей работы стало очевидно, насколько же уходящ поезд воз- можности что-то узнать. Мы успели сделать интервью с братом папы, Анатолием Ивано- вичем Верещагиным, незадолго до его ухода из жизни — едва успели сохранить то, что ему запомнилось. Мы смотрели метриче- ские книги Питерки в архиве — с выцветаю- щими чернилами, хрупкими, крошащимися листами и благодарили случай, что утраты не задели записи о звеньях наших цепочек — Ве- рещагиных, Синельниковых, Косицыных — и мы смогли найти многое. А многое — нет, ведь были и такие книги, которые из-за вет- хости уже не выдаются для частных исследо- ваний. Вечного нет: память ни в голове человека, ни на бумаге в архивных фондах на самом деле не живет. Она живет лишь тогда, когда ее на- чинают передавать друг другу. Мы собрали в одной книге все, что нашли. Все, что люди и архивы были готовы нам отдать: личные воспоминания, фотографии, записи из до- кументов, сведения о местах и исторических событиях, участниками которых были наши праматери и праотцы. Наталья Южакова и
3 Я — начало Самый первый ис точник сведений о семье, с которого начинае тся иследование — сам человек, его воспоминания. Подробные или обрывоч- ные, воспоминания ребёнка и человека зрелого возраста одинаково ценны: кто-то помнит своих бабушек и дедушек, кто-то — рассказы родителей? кто-то — лишь отдельные эпизоды из детства. Собранные вместе, эти фрагменты превращаются в историю семьи, которую уже невозможно восстановить никаким другим способом. Семья Верещагиных какой год Это исследование я посвящаю своему папе, Владимиру Ивановичу Верещагину. Чтобы передать. Чтобы память была живая: с именами, с историей судеб.
4 Рассказывает Наталья Владимировна Южакова О бабушке и дедушке Я родилась в селе Питерка Саратовской области. Точнее, наше село было железнодорож- ной станцией в семи километрах от большой Питерки. Так сказать, «Питерка-2». На стан- ции был элеватор — основное градо-, то есть село-образующее предприятие.
5 Наши дедушка с бабушкой, Иван Федорович и Пелагея Артёмовна Верещагины, тоже жили там, на станции Питерка.Я помню дедушку. Особенно мне запомнилось, как он строил домики из спичек. Эти домики преобразовывались в замки, с подво- рьем, всякими пристройками. А еще помню, как после его смерти мы ночевали в доме бабушки и дедушки перед поминками на сорок дней. Как я спала — и не спала. Как сейчас, вижу их дом: небольшой синий домик с летней кухонькой, окошки на улицу. Входишь — сенцы холодные, маленькие, из них налево дверь в дом, там одна комната, разделенная ширмочкой, кухня с печкой, кухонная плита, кровать — сразу около двери, а у стены напротив старый сервант. Из этой комнаты прохо- дили в другую комнату, она тоже разделялась занавесями, там было 2 кровати. Лет- няя кухня переходила плавно в сараи, там держали коров. Сад — столько яблонь! Бабушка умерла, когда я была повзрослее, и ее я лучше помню. Не то чтобы были особенные моменты, когда мы сидели бы за душевными разговорами — нет. Про- сто нам досталось прожить больше общей жизни, и я дорожу этим чувством об- щего бытия. Она была добрая, никогда на нас не ругалась, я не слышала от неё гру- бости или недовольства. Помню, как замечала, что она черноволоса не по годам — она поздно седела. Помню, как она отваривала вермишель в сковороде и зали- вала ее яйцами — такое блюдо было у нее в ходу. А варили яйца в чайнике. Полы мыть придем к ней — ведро воды разольем, тряпкой соберем и пошли гулять. Мы были дети, потом подростки, больше бегали на улице, чем интересовались бабуш- кой, не придавали значения, есть бабушка или нет. Она была постоянной величиной нашего мира, всегда больше нас, словно фон, на котором идет твоя жизнь, словно стена, на которой ты — картина. Картина не думает о стене.
6 О детстве в Питерке До четвёртого класса я училась в школе на станции, а с пятого — в селе Агафоновка, ки- лометрах в трех, куда мы ходили с братом каждый день. Лето в Питерке было жаркое. Климат был резкий, сейчас будто стёрся: нет сильных мо- розов и жара не такая. У дедушки и бабушки для нас был бассейн в саду — огромный, прямоугольный, сварен- ный из железных листов. В него набирали воду, и мы, дети, в нем купались. Конечно же, вода цвела, но нам до того не было никакого дела. Ездили на природу — так это назы- вали выезд на пруд или речку большой компанией родственников. Дети играли, купа- лись, взрослые варили уху и раков — буквально мешками. Играли в лапту и в вышибалы. Когда дедушки не стало, бабушка уже не содержала скотный двор, коровники были пу- сты, вычищены от коровьего «наследия», и в этих сараечках мы играли. Дадут нам вся- кие тряпки, кастрюли, мы настроим из ящиков домики, играем в куклы. Так проводили время, обрывочные воспоминания. Зимой же в Питерке снег лежал выше нас! Детям делали ледянки из коровьих лепешек. Как бы странно это ни звучало для наших внуков, мы вполне успешно катались с горки на таких штуках. Вообще это старинный способ — дети Питерки и за сто лет до нас ка- тались тем же способом. На Новый год в клубе ставили ёлку, на неё ходили все жители. Мы, дети, там бесились, а родители танцевали. Дома тоже всегда на- ряжали елку. У нас с братом была игра: мы ложились под елку и загадывали друг другу игрушки, по описанию нужно было найти за- гаданную. На Рождество — колядки! С двоюродной се- строй и другими детьми одного из папиных братьев, мы бегали детской тусовкой по селу: Рождество, Рождество, Дай копейку ни за что! А копейки мало — Дай кусочек сала!
7 Пасха была всегда. И иконы в доме дедушки и бабушки Верещагиных всегда висели. Как заходишь, в первой комнате: деревянные, старые-старые, писанные. Мой папа рассказы- вал, что бабушка крестила его и других сыновей в Энгельсе. Из праздников особенно чтили День Победы — с цветами, все вместе, ходили к мест- ному клубу: к длинному кирпичному зданию примыкал палисадник, получался неболь- шой парк, и там стоял памятник сельчанам, погибшим на фронте Великой Отечествен- ной войны. Дедушка чтил День Победы и Сталина.
8 Родители Моя мама Нина была бухгалтером, сколько я помню, она работала на элеваторе. А папа работал сначала на элеваторе, а потом на нефтебазе — директором. В конце 90-х занялся фермерством, выращивал пшеницу. Родители всегда держали коров, овец, кур и кроли- ков. Всегда было хозяйство. В то время люди общались друг с другом по-другому. Внутри семьи, между родителями и детьми не было принято говорить о чувствах и отношении, выражать нежность сло- вами. Любовь была всегда, она рождала не слова, а поступки. Все, что делали наши ро- дители, они делали ради нас, своих детей. Работали с утра до вечера не ради пары новых сапог. И я уверена, что когда-то так жили и их родители — ради детей: чтобы они были одеты, накормлены, выучены, воспитаны. Любовь — это забота о другом, нередко — с отказом от чего-то для себя. У нас было действительно счастливое детство, мы носились целыми днями, у нас с бра- том были свои комнаты, что исключительно по тем годам. А когда пришло время серьез- ной учебы и самостоятельной жизни, родители дали нам твердую опору. Помню, что папа продал свою машину, пересев в какую-то старую колымагу, чтобы купить мне квартиру в Саратове — съемное жилье в то время практически не годилось для жизни. Я уехала от родителей, когда мне было 16 лет. А когда мне стало 42, мы стали жить вме- сте вновь. Питерка, где были наши бабушки, детство, где прошла молодость родителей, стала угасать. Уходили из жизни их друзья и близкие, их коллеги. И в самом месте ста- новится все меньше жизни — закрылись предприятия, исчезал труд, творящий жизнь. Родители согласились на переезд. Мы нашли дом, в которым нам комфортно и интересно жить. Завели собаку и кошку. За домом построили сараечку, где папа выращивает кур и кроликов.
9 С переездом родители оживились: теперь у них дела. Мама ходит на маникюр и в театр, их постоянно окружают внуки. Приходишь до- мой, а там мама — это счастье из детства. Отношения становятся теплые, и, опять же, дело не в задушевных разговорах. Вы просто живете ря- дом и чувствуете эту теплую связу- ющую нить. Как привыкнуть жить вместе взрослым людям? Просто любить и все. Единственный со- вет для тех, кто выберет воссоеди- нение в большую многопоколен- ную семью. чувствовать теплую связующую нить
10 Рассказывает Нина Николаевна Верещагина О семье Верещагиных Пелагея Артёмовна была хорошая женщина. Невысокого росточка, бойкая, симпатич- ная, тёмноволосая. Порядочная, добрая, всегда у нее внуки гостили. Она готовила, встречала, провожала — была настоящей бабушкой. В войну работала в госпитале, кажется, в Саратове. Ухажи- вала за ранеными. Война, голод — трое её детей умерли от голода во время войны. Не- простая судьба, непростая жизнь. И Иван Фёдорович — хороший человек, мужчина слова. Никогда зря не скажет, никого не обидит. Работал до последнего. Он был экспедитором в совхозе «Солнечный», а мои родители работали в колхозе «Прогресс». Простая, порядочная семья, добросовестные работяги. О знакомстве с мужем С Владимиром мы ходили в одну школу в селе Агафоновка. Он жил на станции Пи- терка, а я через речку, в самой Агафоновке. А учились вместе. Что-то на выпускном эк- замене щёлкнуло — и всё. В школьные годы. Владимир Иванович и Нина Николаевна в центре
11 — Каким Владимир Иванович был в школьные годы, что вы можете сказать? — А что можно сказать, когда влюбишься? Не слишком озорной, нормальный па- рень. Всегда элегантный, пусть простенький гардероб был тогда у всех. Человек слова. Не хулиган, да и не скромняга, за себя мог постоять. Учился средне. После школы он пошёл в армию. После армии, через год, мы поженились — в 1972-м, в Питерке. Я окончила институт, а Владимир — московский Люберецкий техникум. По- том он работал инженером по технике безопасности на элеваторе в родной Питерке, потом на нефтебазе был директором, потом фермерское свое хозяйство — до пенсии. Я была главным бухгалтером на питерском элеваторе, на одном предприятии — всю жизнь. В 1973 году у нас родился сын Игорь, а в 1977 году — Наталья. У Игоря есть сын и дочь, внук и внучка — наши правнук и правнучка, у Натальи — сын. Сейчас мы живем у дочери, лет шесть, как переехали. Живем как у Христа за пазухой. щёлкнуло — и всё!
12 Нина Николаевна с сыном Игорем Владимир Иванович, Нина Николаевна с сыном Игорем
13 О Питерке Наши сёла: Питерка — районный центр, железнодорожная станция Питерка в семи кило- метрах, и Агафоновка, где жила моя семья. У нас были разные предприятия: и маслозавод, и колбасный, и птицефабрика, и ПМК — и все потом рухнуло, как пришли 1990-е годы. Школа в Агафоновке, где мы учились, была десятилеткой. В неё привозили детей из близ- лежащих небольших хуторов и деревень, был большой интернат. Как жили люди? Частный дома, каждый держал скот. В колхозе были фермы и поля. Каж- дый и для себя держал скотину: уток, кур, коров, свиней. Сажали огороды. Раньше кли- мат был другой, и лето было мягкое. А сейчас — жаркое, речки стали пересыхать. Теперь всё по-другому. — Чем занимались дети в вашем детстве? — Чем же, озоровали-бегали, помогали по хозяйству. Родители на работе, что-то и мы старались. Всё делали. Арыков еще не было, огороды поливали вёдрами: с колодца выка- чаем воду, польём огород, наберётся — опять выкачиваем. Все, что нужно по дому, делали. О еде из детства Мама пекла пироги и пирожки, блины, варила каши и щи, готовила тушёную картошку, галушки, плов. У нас там казахов много, и бешбармак тоже готовили. Холодильников не было, и, чтобы продукты не испортились, ставили их в погреб, а в погребе запасали лёд. Бидончики с молоком вешали, чтобы не прокисло, или в колодец спускали на верёвочке. Кто держал хозяйство, не ленился, все питались хорошо.
14 О праздниках Отмечали все советские праздники, но кроме них были и Пасха, и Рождество, и Креще- ние — это никуда не делось, все отмечали эти праздники. На Рождество ходили колядо- вать, под Старый Новый год гадали. Церкви в нашем селе к тому времени уже не было, её закрыли и разобрали до войны. И вновь построили только 2000-м. А в районном центре, в Питерке, церковь переделали в Дом культуры. Все христианские праздники чтились народными способами: люди ходили на могилки, встречались с родней, к Пасхе пекли куличи, красили яйца. У людей дома были иконы — ничего никуда не делось. И у нас были иконы, хоть папа и был партийный. Что касается старинных времен, то о них кто не говорил. Родители не рассказывали о своих дедах и бабушках, а мы не интересовались в детстве. Сейчас думаешь: что же мы раньше ничего не спрашивали?
15
16 Федор и Екатерина Верещагины Запись о венчании из метрической книги 1905 года: Села Питерки крестьянин Федор Яковлев Вере- щагин, православного вероисповедания, первым браком, 19 лет и 8 месяцев; села Питерки крестьянка Екатерина Егоровна Касицина, православного вероисповедания, первым браком, 22 лет ГАСО Ф.637 Оп.26 Д. 26 Л. 109 об., Л 110 Запись о рождении Федора Верещагина, 1881 год: Рожденный — Феодор. Родители — села Питерки отставной рядовой Яков Яковлев Верещагин и законная его жена Степанида Андреева. Крестные: Села Питерки бессрочно уволенный унтер-офицер Ларион Ермолаев Синельни- ков и крестьянская жена Александра Андреева Колошина. ГАСО Ф. 637 Оп. 26 Д. 9 Л. 158 об, Л. 159 Запись о рождении Екатерины Касицыной, 1882 год: 25 ноября родилась, 26-го крещена Екатерина. Родители: села Питерки крестьянин Егор Давыдов Касицын и законная его жена Феврония Герасимова. Восприемники: Сего села и звания Николай Дорофеев Касицын и девица Евфимия Давыдова Касицына. ГАСО Ф. 637. Оп.26. Д. 7 Л. 182 об, Л. 183
17 Охрану границ Российской империи обеспечивал Отдель- ный корпус пограничной стражи (ОКПС). Его территориальная структура основывалась на окру- гах и бригадах. В 1914 году было 7 пограничных округов: Финляндский Севе- ро-Западный Варшавский Киев- ский Черниговский Кавказский Амурский (Дальний Восток). Каж- дый округ включал несколько бригад, которые охраняли кон- кретные участки границы. Бригады — подразделения вну- три округа. Например, в Варшав- ском округе была 10-я Рыпинская бригада, 11-я, 12-я и так далее. Бригады имели свои гарнизоны, штабы и были привязаны к опре- делённым участкам границы. Федор Яковлевич Верещагин и Екатерина Косицына поженились в 1905 году. В 1907-м у них родился Иван. В скором времени семья переехала из родной Питерки во Млаву — город в Плоцкой губернии, на западной границе Российской империи. Федор Яковлевич поступил в пограничную службу. Документов, которые могли бы раскрыть причины та- кого поворота в жизни Верещагиных, не обнаружено: это мог быть как призыв на сроч- ную службу с решением остаться сверхсрочно, так и выбор обеспечения жизни. Во Млаве у русского гарнизона была своя церковь. Метрические записи ее говорят о том, что семьи жили полноценно: жены и дети — вместе со служившими мужьями, рожда- лись дети, чему помогали врачи и медсестры, служилые люди женились, выдавали за- муж дочерей, женили сыновей. Словом, не откладывали жизнь до окончания службы. Земляки держались вместе: у выходцев из Самарской губернии в крестных у детей — тоже самарские, пусть и другого села. В 1913 году у Федора и Екатерины родилась дочка Мария. В коротких метрических записях по штрихам прослеживается биография и са- мого Федора: в 1912 году Екатерина становится восприемницей, и записана как жена унтер-офицера Вульковского отряда 10-й пограничной Рыпинской бригады Федора Яков- левича Верещагина. К рождению дочери в 1913-ом году Федор Яковлевич — в звании старшего вахмистра Пеплувского полка, той же 10-й пограничной Рыпинской бригады. 10-я Рыпинская пограничная бригада — пограничная воин- ская часть Русской императорской армии. Она дислоциро- валась в городе Рыпин. Бригада делила на четыре отдела, Пеплувский отряд входил в первый отдел, который распола- гался во Млаве. Во время мобилизации 1914-го года из нескольких бригад или их частей формировались полки. Федор Яковлевич слу- жил в Рыпинской бригаде, и его госпитальной карточке зако- номерно указан Рыпинский полк. Практически все бригады перешли под военное подчинение в начале войны, боевые части ОКПС участвовали в действиях на западном фронте. 10-я Рыпинская бригада