Бой на реке Сулинка (Пиратский набег на Приозёрье) Месяц Руен, второе число, года 103 от создания Империи (02.09.103) Ещё не угасли яркие всполохи жары месяца «зарева» (августа) и ночи своими тягучими и липкими лапами тумана опоясывали города графства Крив на юге, когда пришли пираты. Впервые пришли на эти земли. В устье реки Сулинки пираты зашли на двух кораблях, низкобортных каравеллах с косыми чёрными парусами. Остальные каравеллы в количестве шести штук остались на рейде в море, неровным полукругом опоясав устье. Пираты высадили десант и за день добрались до небольшого города Сулина, который и атаковали рано на заре. Сонный городок всполошился как разорённый муравейник. Люди в панике и ужасе метались между невысокими домами, сталкиваясь на узких улочках с точно такими же напуганными соседями. Никто не думал о сопротивлении, только о спасении своих жизней и своего имущества. Пираты в тёмных одеждах и с ухмыляющимися лицами «обобрали» город за сутки. Никакого сопротивления им не оказали. Малочисленная городская стража, набранная из стариков и инвалидов, попряталась в первые же часы набега. Реквизировав полсотни телег и нагрузив их доверху награбленным, пираты покинули Сулину, оставив на кривых улочках сотни трупов горожан, пытавшихся защищать своё «добро» и столько же женщин и девочек, изнасилованных и избитых. Некоторые дома в квартале кожевников горели. Это особо рьяные флибустьеры подожгли несколько лачуг, которые дольше других сопротивлялись вторжению. Огонь мог перекинуться на соседние дома, но на это в тот момент, мало кто обращал внимания. С награбленным скарбом пираты увели в полон, чуть более двух сотен женщин.
До кораблей, что бросили якоря в устье Сулинки, было около тринадцати лиг (лига – 2, 3 км), но пираты умудрились проделать этот путь за двое суток, так как в большинстве своём были пьяными и жаждущими дальнейших приключений. Они были возбуждены сверх меры, и дело было не только в роме и джине. Корсары были опьянены лёгкостью, с которой они ворвались в город и устроили все эти бесчинства. А затем, забрав всё, что могло представлять ценность, еду и женщин, отправились в обратный путь, думая, что их набег сойдёт им с рук. Рано утром второго числа месяца руен, уже в прямой видимости своих кораблей, пиратов атаковали немногочисленные силы графства Крив, в спешке собранные принцессой Яллой, что гостила у своей кузины в Мурке. Корсарам повезло, что оба полка конных лучников, базировавшихся в Сулине, ещё не вернулись с летних военных сборов. И в Криве чтили заветы Императора, о том, что княжеское ополчение должно постоянно обучаться военному делу и совершенствовать сие навыки. Но всегда везти не может, и потому рано утром очередного дня, удивлённые разбойники увидели, что не далее чем в половине лиги за ними у моста через реку, стоят имперские войска. Младшая дочь графа Симона, бойкая и разбитная Яллина, любившая оружие и лошадей, и своё сокращённое имя – Ялла, собрала всех, кого смогла найти по дороге из Мурка к двум мостам, что разделяли Приозерье и Приморье, две области княжества. Оба пехотных полка мечников, присоединились к ней сразу за дюнами. Принцесса отправила двух самых быстрых гонцов в Ресор и двух таких же скорых, в столицу графства, Крив. Благо, что мечники княжества, находились в Ресоре, а два полка арбалетчиков в Криве. Так же к ним присоединился и полк мечников кронпринца Карла, из сопредельного баронства Гий, что граничил с Кривом на севере и северо-востоке.
Не такая яркая и эффектная, как её старшая сестра Мила, Яллина была быстрой, расторопной и совершенно не уступчивой в вопросах отстаивания своей точки зрения. К тому же, она была любимицей графа Симона и потому он почти на все проделки Яллы, смотрел сквозь пальцы. Пиратами командовал шкипер Родрига Перейро Касаас «Костяное ядро», капитан Бирюзовой лиги. Ведь именно они впервые подались на север и напали на имперскую провинцию. Впрочем, флибустьеры с юга были далеко не из робкого десятка. Вид закованных в доспехи воинов в ярко-синих и жёлтых одеждах их совсем не смутил, а уж тем более, не испугал. Ещё шальной от ночной пирушки, шкипер приказ своим корсарам строиться и готовиться к бою. Боцман Абрэу Борхес, правая рука капитана и по совместительству, телохранитель, заснул в рот два пальца и пронзительно свистнул. Четыре абордажные команды с длинными пиками-крюками и изогнутыми широкими мечами, выдвинулись вперёд двумя большими группами, заняв правый фланг. Отряды лучников встали слева, ближе к реке, вытянувшись в тонкую линию. Арбалетчики и мастера меча же остались подле капитана, в центре. Пять сотен нечёсаных и немытых корсаров, были готовы к хорошей драке. Впрочем, они всегда были к ней готовы. Принцесса Ялла, уступила право командовать советнику отца, канцлеру Дритту, который прибыл к двум мостам вместе с войсками. Дритт, не искушённый в военном деле, но, тем не менее, обличённой графской властью, выстроил полки в одну линию, а в интервал между тяжёлой пехотой поставил арбалетчиков из Западных земель. Небольшой резерв в виде другого полка арбалетчиков канцлер оставил во второй линии ближе к одному из мостов. Помощь из Гия ещё не подошла, и Дритт отправил принцессу Яллу им на встречу.
Всего дочери графа удалось собрать около полутора тысяч солдат, что было более чем в три раза больше чем у Родрига Перейро Касааса «Костяного ядра». Впрочем, соотношение сил ещё ни о чём не говорило. Пираты были искусными воинами, закалёнными и бывалыми. Графское же ополчение дралось с мнимым противником лишь на учениях. Ещё теплое сентябрьское солнце уже с раннего утра светило ярко и настойчиво. Ветра практически и не было, будто бы сама природа приглядывалась к обеим враждующим сторонам в ожидании кровавого представления. Канцлер Дритт, командующий княжеским ополчением Крива, первый двинул всю пехоту вперёд, но вышло это как-то не уверенно и вяло. Сине-жёлтая стена щитов качнулась и плавно «потекла» в сторону спешно строившихся пиратов. Сосредоточенные лица имперцев под стальными шлемами опасливо посматривали в сторону неведомого доселе врага. Не было ни одного подразделения в отряде советника, которое бы имело опыт боевого столкновения с противником.
Маг Школы Воды, достопочтенный мастер Гавриил Нудр, прибывший на поле боя вместе с войсками из самой столицы графства, незамедлительно приступил к таинству колдовства. Но при сотворении первого же заклинания, «умудрился» заполучить магическую рану, чем поверг в шок канцлера Дритта, да и испугал самого себя. Ноги его, доселе крепкие, подкосились, но волшебник устоял, тяжело опершись на посох. Ему было стыдно, но мастер Школы Воды взял себя в руки и несмотря более на командующего, продолжил колдовать, накладывая заклинания на подразделения врага. Но слабое умение и навыки жители юго- западного дистрикта Империи компенсировали злостью и жаждой мести за убиенных и уведённых в полон сородичей; отцов, матерей, жён и детей. Пираты не выглядели грозной силой. Их и было в три раза меньше, чем кривцев. К тому же они вели себя слишком расхлябано для боевого соединения. Многие из флибустьеров ещё не пришли в себя после вчерашней вечерней пирушки. Головы их были тяжёлыми, чугунными. У всех без исключения, и у капитана Лиги тоже.
Боцман Абрэу Борхес, правая рука капитана и по совместительству, телохранитель, заснул в рот два пальца и пронзительно свистнул. Помощь из Гия ещё не подошла, и Дритт отправил принцессу Яллу им на встречу.