View КУЛЬТУРА ЭВЕНКОВ flipbook.
КУЛЬТУРА ЭВЕНКОВ И ДРУГИХ НАРОДОВ СЕВЕРА Культура эвенков – некогда великого и многочисленного народа, имевшего свою империю от нынешнего Китая до Северного Ледовитого океана, от Енисея до Тихого океана сохранилась только в сказах, песнях, обычаях. Сегодня эвенки – малочисленный народ, но все так же разбросанный по всей своей бывшей империи. Только теперь уже и последней империи, которой для них не один век была многострадальная Россия. Эвенки живут возле Байкала, в Китае, Хабаровском крае и Иркутской области, в Красноярском крае, на Таймыре. На Таймыре от эвенков отпочковался вновь создавшийся народ – долгане. В Красноярском крае компактно они проживают всего в нескольких поселках, в частности в Суринде, Эконде, Куюмбе. Все знатные оленеводы нынешнего Эвенкийского муниципального района из Суринды. В Суринде, как в национальном поселке, преподают в школе эвенкийский язык. В Суринде, Учами, Эконде, Ессее говорят на нем. В 1908 году Петербургским университетом была организована этнографическая экспедиция к илимпийским эвенкам. Студенты и преподаватели сделали большое количество записей эвенкийских песен, закличек, танцев. Тогда же, очевидно, впервые были записаны образцы эвенкийской музыки. Как правило, они оказывались шаманскими песнопениями. Я много расспрашивала об этом эвенков, в частности ныне покойного писателя Алитета Немтушкина, вдвоем мы пришли к выводу, что переводить на русский их можно как «шаманский напев», «шаманская песня», «шаманский стих». Я бы еще добавила и «шаманский сказ». В устном народном творчестве шаман не только создавал сам, но и пользовался тем, что сделали до него другие. Эвенк с бубном и в специальном костюме – не только связной других северян с духами Неба, Земли и Воды, не только врачеватель и гонитель зла, но и хранитель, собиратель народного эпоса. Радетель вековых традиций, хранитель родовых отношений и нравственности. Шаман укладывал в свою памятную копилку все лучшее, что когда-то придумали его деды и прадеды. Это и истории давнишних событий, и удачно сложенный стих, и гипнотическая ритмика. Институт шаманизма, такая же развивающаяся ветвь познания, как и все остальное, что существует вокруг человека или в его сознании. Шаманизм, язычество, ведизм – основа культуры и сущность ведизма всех народов мира.. В наших книгах по истории и культуре писали о шаманах как о ничего не делающих, хитро мудрых людях, паразитирующих на доверчивом своем народе. Впрочем, точно также писали обо всем язычестве. А фактически шаманы были значительной частью культуры народов Севера. Причем не только шаманы Эвенкии, но и Таймыра. Хакасии, Тувы, малых народностей проживающих в нижней трети Енисея и Оби, например, кето, качинцев, аринцев, чулымцев. Чем сильнее, был в роду шаман, тем крепче был сам род. Шаманские напевы представляли из себя объединение поэтических произведений, популярных у эвенков вплоть до сороковых годов, когда с религией, и в том числе шаманизмом, как с неизлечимой язвой, боролись наши «великие и непобедимые» атеисты. Они уничтожали культурное прошлое народов России. Прекрасно осознавая, что самый большой ущерб от этого понесут малые народы. Но шаманизм и язычество стирались настойчиво, жестоко, сознательно. С чужой кровью революционеры не считались. Шаманизм был сутью родоплеменных отношений, их фундаментом. А зачем революционерам крепкие роды?
В шестидесятые годы много ошибок в управлении традиционной культуры народов СССР сделал Никита Хрущев. Этот как бульдозер с корнем выворачивал многовековую религию эвенков, и все остальное, так или иначе связанное с ней. Никита Сергеевич был намного хитрей, чем казался на самом деле. Несогласный в чем-то с революционерами, он четко продолжал их линию на разрыв у многочисленных народов Советского Союза связей прошлого с будущим. Народ, лишенный прошлого, становится стадом, Никита Сергеевич вольно или не вольно этих принципов и придерживался. формировал. Всякие гонения на культуру в истории России – такой нарыв, от которого еще долго не удастся избавиться. Возродить шаманизм, то, что копилось тысячелетиями, за пятьдесят, сто лет нельзя. Даже если использовать для этого современные средства накопления и передачи информации. Шаманы у северных народов являлись хранителями и продолжателями устного народного творчества, песен, культовых обрядов. Затем шаманизм официально как бы умер, о нем очень редко вспоминали. Его должен был заменить красный чум, Дома культуры, лекции инструкторов райкомов партии непосредственно в оленеводческих бригадах. Культбригады добросовестно трудились примерно с тридцатых годов и до начала двадцать первого века. Во всяком случае в смерти основ нашей многовековой культуры были уверены «атеисты» из Москвы, и так они заставляли думать всех нас. Дескать, с шаманизмом, как с пережитком прошлого, покончено. Но шаманские напевы, распевы, заклички ни куда не уходили и ни когда не умрут. На самом деле, они оказались более выживаемыми, чем сами «великие» атеисты прошлого века. Ведь с момента своего появления шаманизм взял на себя функции хранителя языка, истории, традиций многочисленных народов. В шаманских песнях и закличках были ярко выражены философия и психология, красота языка и устои обычаев славных предков многих северных народов. Не видя ни разу заклинаний и плясок истинных шаманов нельзя понять духовный мир малых народов начала двадцатого века. Ведь народные танцы, в том числе «Ёхорьё», это в любом случае лишь частичка шаманизма. Тропинка к якобы духам, которая на самом деле вела к совершенствованию душ людских. Первые европейцы, путешествующие по Северу России, удивлялись доброте северных народов, отзывчивости, бескорыстности. Все это не пришло к тем же эвенкам само собой. Тут результат многовековой опоры народа на свою веру – язычество. На свои обычаи, которые каждый глава рода, каждый шаман считал выполнять в обязательном порядке. Ревизию национальных традиций и отказ от них Москва требовала от северян не при царе, а при революционерах. Это их грех сегодняшнее пьянство северян и окончательное падение нравственности. Их вина – вырождение малых народов, пропажа у них интереса к самооценке и самозащиты. Несомненно, эвенки в начале двадцатого века, несмотря на свою разобщенность и разбросанность по громадной территории, знали об истории своего народа намного больше, чем нынешние, в начале двадцать первого века. На мой взгляд , атеизм преследовал главную цель не отказ народа, пусть и малого, в веру предков, а искал возможность разорвать связь поколений, чего, в общем-то, и достиг. Эвенки – древнейшие жители Азии. Слава богу, у них сохранилась древнейшая форма религии человечества – шаманизм. Это отдельная ветвь языческой религии. Шаманизм не предшествовал язычеству, он его составная часть. Начала язычества. В шаманских напевах звучат космические мотивы, плывут земные сказы, хватают душу красотой мелодии глубин души северян. Эвенкийские (тунгусские) певцы всегда славились как мастера самобытной песни. Это отмечали еще первые собиратели песен эвенкийских сказителей. Они считали, что тунгус долго тянет один звук, мерно покачиваясь всем корпусом. Он четко ведет ритм и отмеряет
протяженность звука своей песни. В этой песне и образ жизни эвенков, и прошлое, и будущее, и настоящее. Смерть и счастье рождения. За однообразностью мелодии, заунывностью песни легко просматривается Великая империя эвенков, которая по каким-то причинам была разрушена. Воистину, господь бог найдет возможность сохранить народу правду его истории. Надо только уметь увидеть это сохраненное. Не каждому человеку, в том числе и из малого народа, дано петь и рассказывать. Своеобразной песенницей в Туре считалась Евгения Хомуро. Бывшая когда-то воспитательницей школьного интерната. Она говорила, что записывала свои песни от дедушки и бабушки. Но скорее всего, это были импровизации на услышанные в детстве песни своего народа. Хомуро обладала талантом передачи народных мотивов, обрядов, формировать, а потом и воспевать чистые души эвенков. Большинство ее песен оказывались импровизацией. Если это свадьба, то рассказ о женихе и невесте. Если торжество, то о героях именно этого торжества. Знали в Эвенкии и исполнительницу национальных песен из Нидыма Марию Федоровну Дибикову. Знали Валерия Мукто из Учами. В культуры сегодняшней Эвенкии внес немалый вклад и Валерий Салаткин. Он до конца жизни занимался сбором данных о лучших сказителях Эвенкии, танцорах, знатоков обычаев и обрядов. По возможности, все это старался опубликовать. Он совсем недавно ушел в иной мир, но вспоминают его пока редко. Вот как говорил о культуре народов Эвенкии Константин Чапогир. Записи его рассказов и сделал известный эвенкийский знаток местных обычаев, обрядов, культуры эвенков Валерий Салаткин. На мой взгляд, получилось очень поучительно и интересно. – Таёжные тропы привели меня на реку Гоналчик, левобережный приток Нижней Тунгуски. В этом районе мне необходимо было обследовать оленьи пастбища. Сопровождал меня в этой экспедиции Константин Ермолаевич Чапогир. Он был моим проводником и по предыдущим экспедициям. Прибыв в верховье Гоналчика, мы установили палатку, оборудовали кострище. Пока проводник продолжал обустраивать наше становище, я насадил крупные куски оленины на шампуры из тальника, посолил их и обжарил со всех сторон у костра. Так готовится шашлык по- эвенкийски. Сварил чай. В качестве заварки использовал крупно-листовой индийский чай, листья смородины и брусники. Получился чай по-таёжному. Обстановка располагала к беседе, и я рассказал проводнику традиции, которых придерживаются ненцы. Константин Ермолаевич с вниманием слушал мои байки. После того, как я закончил рассказывать, воцарилась небольшая пауза. Видно было, что Чапогир о чём-то думает. Спустя некоторое время он заговорил: – У нас, эвенков, тоже есть определённые заповеди, традиции. Их народ помнит. Они передаются от поколения к поколению. Правда, сейчас молодёжь всё меньше воспринимает их. Они мало общаются с родителями, тайгой, а больше времени проводят в интернате, сидят там дни и ночь за компьютерами в интернете. Ведь традиции, заповеди старших, предков это корни. А питаться корни должны от родителей, от тайги. Вот и начинают корни засыхать. Молодые люди начинают рано привыкать к огненной воде, сквернословить, у них отсутствует стремление освоить профессию отцов, дедов – стать охотником, оленеводом. Заповеди, традиции своего народа надо знать, ими руководствоваться в жизни, тогда будешь крепче на ногах стоять, тогда любой хребет преодолеешь. А трудности перед нами всю жизнь как частокол. Не мы ищем их, они нас. Чапогир замолчал. Долил себе в кружку чая, добавил сахара. Прислушался к таёжным звукам. – А какие заповеди, запреты есть у эвенков? – поинтересовался я у Константина Ермолаевича.
– Я тебе говорил раньше, земля, на которой мы живем, называется Дулин Буга. Сотворил ее добрый дух Сэвэкэ. Помогала ему гагара. Она заложила основу земли: достала немного земли со дна морского, а Сэвэки ее увеличил. Затем Сэвеки призвал на помощь змея Джабара, у которого на голове были огромные рога. Джабар прополз под поверхностью земли и получились на земле горы, сопки. Потребовалась Сэвэки и помощь мамонта Хэли, который своими мощными бивнями проложил русла рек, речек, создал озёра. Далее творец Сэвэки создал растительность. Вслед за ней создал зверей, птиц – всю живность. Последними Сэвэки создал людей. Так на земле появился человек – эвенк. В сказках эвенк называется Двуногий, Черноголовый, Поперечноглазый, Проходящий все извилины земли. Создав всё необходимое на земле, Сэвэки удалился в свой Верхний мир – Угу Буга, не забыв оставить эвенкам заповеди, оде, традиции, иты , которые эвенки сохраняют от поколения к поколению. Заповедь о земле гласит: – Земля всё растит и человека тоже. Он её соринка. Не делай ничего земле плохого. Не думай о ней плохо. Обижая землю, ты обижаешь себя. Вот почему эвенк бережно относится ко всему, что окружает его. Он не станет зря рубить дерево. Не будет убивать зверей и птицу больше, чем необходимо для жизни. Эвенки считают, что все предметы на земле имеют определенную энергию, силу, которую называют мусун. Это слово переводится как Священная сила. Мусун – философия ведизма. В ней все живое и ничего неживого в природе нет и не будет. Поэтому эвенки относятся бережно к земле, природе. Оленям,пукшным зверям и птицам. Чапогир поставил кружку на валежину. Палкой поправил костер и положил в него три сучка. Затем продолжил свой рассказ. – Важен наказ молодым людям. Всё, что даруется окружающим миром, не жалей для людей. Соблюдай обычай нимат: делись безвозмездно с соседями. Еще ни один человек не пострадал от того, что накормил голодного. Эвенки всегда соблюдают нимат. Это традиционный обычай взаимопомощи у эвенков и других коренных тунгусских народов Сибири, к примеру долган, предписывающий охотнику, рыбаку безвозмездно делиться частью добытого мяса или рыбы с сородичами и соседями. Если добудешь дикого оленя (богдака) или лося (моты), то обязательно разделишь на всех жителей становища. Так раньше было, так эвенки в тайге поступают и сейчас: «Жизнь прожить – не один горный перевал преодолеть. Без невзгод не проживешь. Но думающий эвенк всегда приспосабливается к испытаниям. Это тоже заповедь, наказ. Да, в жизни приходится преодолевать один хребет за другим. И чем жизнь длиннее, тем больше хребтов на твоём пути. И как бы трудно не было, их необходимо преодолевать. И пока их преодолеваешь, приходится проходить через невзгоды. Есть у эвенков и такая заповедь: – Всякий живущий пару себе находит, всяк свой корень имеет. Родителей, предков тропу обновляя , по следу их иди не спеша, продолжай и удлини их тропу. Живи так, чтобы быть достыным отца и матери, деда и бабушки, всех древних предков. Эта заповедь напоминает эвенку, что необходимо знать свой род, всё лучшее перенимать от родителей, быть продолжателем их дел. У эвенков каждая заповеди имеют глубокий смысл. Заставляют людей думать. Заповедт, как солнывшко, указывают, как правильно в жизни ориентироваться, каким звездам поклоняться, к каким богам с молитвой обращаться, каких духов почитать. Вот одна из заповедей, подтверждающая сделанный вывод:
– По следу достойного человека иди, не прерывай его тропу. Тех, кто раньше тебя солнце увидел, слушай. Молодому необходимо брать пример с лучших людей, перенимать опыт лучших таёжников, слушать советы старших. Это поможет лучше себя реализовать в жизни. Следующая заповедь. – Став самостоятельным, сам себе хозяином, доброе из себя наружу выпускай, а плохое подавляй. Эта притча напоминает человеку, что когда он становится взрослым, ответственным за свои поступки, деяния, то должен творить только добрые дела. Все плохие мысли должны подавляться на корню. Названную заповедь дополняет следующий завет предков. – С недобрыми мыслями далеко не уйдёшь, дорога их коротка и обрывается. Лишь благими мыслями жизненную дорогу удлинишь! Добром движимая мысль долгий путь проходит. Не случайно и такой завет предков существует у эвенков. – Самый невзрачный из людей гордостью рода может стать. Этот завет придаёт человеку силу, большую уверенность в себе, то есть, если человек преодолевает свои недостатки, следует советам старших, продолжает дело родителей, то он добьётся успехов и будет гордостью для других людей Есть у эвенков заповедь, которая сдерживает отрицательные черты характера человека. – Желание и страсть унизить человека из всех грехов греховнее, невинному вину находить – самый тяжкий грех. Константин Ермолаевич очередной раз костровой палкой подвинул угли ближе к центру и еще подбросил несколько средних палок в огонь. Мне показалось, что сначала он доносил свои мысли огню, а потом уже мне. Тут же задал ему теребивший мою душу вопрос. – Обратил внимание, что эвенки немногословны. Они не спешат говорить, фразы произносят взвешенными, чем это можно объяснить? Об этом многие говорят, когда приезжают к нам в Эвенкию. – поинтересовался я. На что Чапогир ответил сразу. – Да, ты прав, эвенки бережно относятся к слову. Вызвано это тем, что слово обладает высокой силой, энергией, имеет свой мусун, то есть свою долю небесной святости. Оно богом подарено. Плохое слово душу ранит, хорошее – лечит ее. Нельзя разбрасываться плохими словами. Этим ты прежде всего себя наказываешь. Свою душу калечишь. Завет предков гласит. – Слов своих на землю не роняй, не разбрасывай их вокруг. Недоброе слово через одно ухо услышал, через другое выпускай на ветер, не оставляй его внутри себя. Доброе слово, справедливое слово будет вечно шагать от родителей к детям, от них к внукам, правнукам. Приезжие отмечают, что эвенкийский язык очень приятен на слух. Наши слова легко запоминаются. Каждый эвенк знает и такой завет предков. – Очаг свой разожги, семью свою создай, ребёнка воспитай, стадо оленей вырасти – корнем семьи своей, рода своего будь. После этого рассказа Чапогир задумался. А я подумал, какая сильная фраза, вобравшая в себя всю философию таёжной жизни. Охотник и оленевод говорит о собственном понимании жизни, наших обычаев, культуры, истории. Мою мысль прервал голос проводника: – Однако, парень, есть ещё запреты, заповеди, традиции у эвенков. Сразу всё и не вспомнишь, поэтому я много записываю. Если соблюдаешь их, то о них и не задумываешься. Всё получается
как бы самопроизвольно. Вроде шел, шел к роднику, напился кристально чистой воды, и дальше шагаешь. А Фактически ты прикоснулся к святости, оздоровил свою душу и тело. Смотрю я на спокойное выражение лица Константина Ермолаевича, сравниваю его с Улукитканом, проводником писателя Григория Федосеева, и невольно нахожу много общего между ними. Слова, сказанные писателем о своём проводнике, вполне приложимы и к Чапогиру. Все тоже самое, до запятой, можно сказать и о нём. – Для таких стариков, как Улукиткан, вся жизнь – большой аргиш. Одна-две, три ночёвки на одном месте, и дальше, к новому небу, к другому ручейку, туда, где лес в тихую погоду, кажется, поёт нежную колыбельную. Улукиткан убежден, что на свете нет ничего уютнее полотняного жилища с лиственничным запахом, нет ничего вкуснее пшеничной лепешки, испечённой на жарких берёзовых углях, и здоровее она у костра, он не знает приятнее музыки, чём голоса живой природы. Всякий раз, когда он находился в тайге, им овладевало загадочное, волшебное даже чувство. Он никогда не пытался осмыслить, понять его, просто слепо доверялся и отдавался ему то, что было чувством привязанности к тайге, ко всему, что связано с ней, – и зто было для эвенка чем- то таким, что дороже всякой добычи, чего он не променял бы на сотни чёрных соболей, и он радовался сейчас, что это чувство дожило с ним до глубокой старости, приносит ему и теперь величайшее наслаждение». Г. Федосеев «Последний костёр» И ещё я подумал: Чапогир с Нижней Тунгуски свято хранит заповеди своего рода, всего народа. Этому он уже, видно, научил своих детей, судя по его возрасту и внуков. Как возник мир? Кочевой образ жизни эвенков, постоянное нахождение среди природы обусловило особые взаимоотношения моего народа с окружающим миром. Эвенкийская пословица гласит: Природа жива, пока жив человек ибо она создавалась для него. Весь живой мир подчиняется единому закону: что родилось, то умирает, оставляя новое потомство, но со старыми знаниями обычаев, обрядов, культуры своего народа. И человек не является исключением из этого общего правила. Отсюда эвенк ощущал своё неразрывное единство с природой. В то же время эвенков, как и остальное человечество, волновал вопрос: как возник мир? Ответ на него они формулировали в легендах и сказках. Напомним одну из эвенкийских сказок в записи Г, Кэпту- кэ, которая называется «Двуногий и поперечноглазый черноголовый человек- эвенк и его земля Дулин Буга», В верхнем небесном мире Угу Буга жили два брата. Старшего звали Сэвэки, а младшего – Харги. Тогда был только верхний небесный мир, а вместо нашего среднего мира была сплошная вода. И решил Сэвэки создать Землю. В помощники себе он выбрал гагару и гоголя. Он попросил их достать со дна моря-океана песка и глины. Первым начал нырять гоголь. Нырял он трижды, но достать со дна морского ни песка, ни глины не смог. Тогда начала нырять гагара. Нырнула в первый раз – не достигла дна. Нырнула второй раз – лишь чуть коснулась клювом дна морского. Духу ей не хватило задержаться на самое малое мгновение. Тогда она всплыла, закачалась на волнах, передохнула побольше, снова нырнула так глубоко, что набрала полный клюв земли. Вынырнув, она выплюнула землю на воду. Получился маленький островок. Сэвэки сделал так, что этот островок стал расти и увеличиваться. Островок рос, земля всё увеличивалась. Так появилась наша средняя земля Дулин Буга. Харги был злым и завистливым. Обиделся он на то, что старший брат смог создать землю, а он не догадался этого сделать и затаил злобу. Сэвэки же посмотрел на голую глинистую землю, и она не понравилась ему: ничего-то на ней не растёт, и никто на ней не живёт. Решил он создать на
земле растительность, горы, реки и озера. Харги каждый день следил на ним, и всё поглядывал да подслушивал. А земля всё разрасталась да ширилась, но не была ещё такой плотной и твёрдой, как сейчас. Тогда пустил Сэвэки огонь на землю, земля долго горела, а когда пожар потух, стала твёрдой и плотной. Теперь можно ходить по ней, не проваливаясь. Потом Сэвэки позвал на помощь водяного змея Джябдара, тот поднырнул под землю, проплыл под ней, извиваясь своим телом, и от этого получились холмы и горы. У водяного змея Джябдара были лосиные рога, поэтому в некоторых местах на земле от его рогов получались высокие неприступные скалы. Позвал Сэвэки на помощь мамонта Хэли и тот своими мощными бивнями между гор, сопок, скал сделал русла рек и котлованы для озёр. Когда были созданы горы и реки, Сэвэки начал создавать растительность, деревья и травы. Он хотел создать только всё хорошее и полезное для человека, поэтому вначале создал лиственницу, самое главное дерево эвенков, А Харги всё подсматривал за братом и завидовал. Подражая брату, он тоже решил сотворить лиственницу, но так как душа его, все нутро было тёмным и чёрным, он не мог ничего сделать лучше, чем брат. Вместо лиственницы получилась сосна. Дым сосны отказался не таким полезным как у сосны. Только потому, что её создал не Сэвэки, а Харги. Но и от сосны людям много пользы. Поэтому Сэвэкэ сохранил ее. Сэвэки создал берёзу, и Харги, подражая брату, тоже хотел создать берёзу, но у него опять ничего не вышло доброго – получилась вместо берёзы ольха. С нее нельзя было сделать такой полезный чай как из листьев березы. У ней не случилось такого сладкого сока, как у березы. Всё у него выходило не так, как нужно, потому что он был злым и завистливым. Как говорит старая пословица: рожденный ползать, летать не может. Тогда Харги и вовсе разозлился и завыл по – волчьи. – Я буду создавать только то, что вредно и опасно для эвенка. Потому что эвенки хвалят не меня, а Сэвеки. Так Сэвэки создавал всё нужное и полезное, а его младший брат Харги всё вредное, но для кого-то все-таки полезное. Ибо мир не может жить одним добром. Добро и зло идут рядом, все время стараются обогнать друг друга. Но за тысячи и тысячи лет никто из них так и не опередил другого. Хотя Сэвеки часто впереди. Поэтому хорошего в мире чуточку больше, чем зла. Тепла больше, чем холода, света больше, чем тьмы. Так решил Сэвеки, чтобы жизнь людей была веселей и интересней. Зимний день в Эвенкии короче спички, зато летом день год. Сэвэки создал таких животных и птиц, которых эвенки употребляют в пищу, а Харги тех, кого есть нельзя. Например, Сэвэки создал рябчика, а Харги дятла, Сэвэки – глухаря, а Харги – пуночку. Когда Харги создавал своих животных и птиц, то Сэвэки накладывал на них запрет, чтобы люди не ели их. Эвенки не едят ворон и сорок, цапель и журавлей. Разных насекомых, ядовитые травы, но все это люди используют в своем жизненном обиходе. Потом Сэвэки начал создавать людей. Он хотел сделать их бессмертными и вечными. Когда Сэвэки приступил к созданию человека, то помощником ему в этой работе была собака. Собака тогда, как человек, умела говорить и не имела шерсти. Она была голой, как человек. И человек шил ей собачьи кафтаны и зипуны. Собака служила караульщицей у Сэвэки, чтоб в его отсутствие Харги не испортил прекрасные творенья. Сэвэки лепил людей из глины, когда глина у него кончалась, он ушёл накопать ее и продолжить работу. Да к тому же ему ещё нужно было железо, чтоб сделать человеку сердце. И до сих пор многие эвенки называют сердце не словом «меван» – сердце, а словом «сэлэмэ» – железо. Старший брат отправился за глиной, к хижине подобрался Харги. – Открой дверь, – сказал он собаке. – Я взгляну на то, что сотворил мой брат.
– Нет, не открою, – ответила собака. – Сэвэки не велел пускать тебя в помещение. Тогда Харги нашел щелку и стал дуть, в неё изо всех сил. Поднялся в помещении большой ветер и стало очень холодно. Голая собака начала замерзать. Видя, что собака почти совсем не подает признаков жизни, Харги сказал ей. – Открой мне дверь, я только взгляну на творения брата, а тебе дам за это тёплую одежду. Я такую дам тебе одежду, что ты никогда не будешь в ней мёрзнуть! Едва способная двигаться собака открыла двери. Зашёл Харги, облизал все глиняные фигурки людей, наплевал на них, попортил и сказал: – Мой брат хотел создать людей бессмертными, но я испорчу его творения. Люди теперь не будут бессмертными, они начнут болеть и умирать раньше времени. Так решил я, брат Сэвэкэ. Я обладаю той же силой, что и он. У меня свой мир. Если бы собака выполнила наказ Сэвэки не открывать дверь и не показывать созданных им людей, то люди бы жили бы вечно и не умирали. Это Харги испортил человека, теперь люди часто болеют и умирает от болезней раньше положенного срока. Потому что они обиделись на Сэвэки. А он ни в чем не виноват. Сэвэки – это добро. А Харги, у некоторых северных народов он Карги, зло. Так решил Господь, добра и зла в мире должно быть поровну, только добра всегда чуточку больше. Но если люди верят и любят своего духа Сэвэкэ, он поможет каждому жить больше. Нужно только чаще говорить с Сэвэкэ у Священной матери березы, просить Сэвэкэ помочь жить больше, счастливее. И чтобы дети никогда не умирали раньше родителей. Когда вернулся Сэвэки и узнал, что собака не выполнила его наказа, то он очень рассердился и стал ругать ее. – Теперь ты станешь настоящей собакой, будешь носить шерсть и разучишься говорить. Ты всегда будешь ходить на ремешке, охватывающем твою шею, и будешь ходить за человеком каждый день столько, сколько он скажет. Ты будешь служить ему. А человек посчитает, что ты служишь плохо, рассердится, будет тебя бить палкой! Так ты научишься верно служить человеку, быть преданной своему хозяину. Сэвэки с помощью огня вдохнул в глиняных людей тепло, и они ожили, начали биться их железные сердца. Сэвэки же, сотворив землю, горы и реки, зверей и людей, удалился опять в свой верхний мир Угу Бута, а нашу землю стали называть Средней землей, Срединным миром – Дулин Буга. Но, уходя от людей насовсем, Сэвэки оставил им Иты – правила жизни эвенков, правила поведения человека, его обряды, обычаи, традиции. Сэвэки рассказал им, что во все эвенкийские праздники они должны жечь жертвенные костры, кормить огни кусочками сушеного мяса, рыба, шепотками cушеных ягод, корнями сараны. Плясать свои танцы, петь свои песни, рассказывать молодым старинные сказы и присказки, чтобы они знали, откуда пошла Земля эвенкийская. Какие были герои – эвенки, которые защищали свои земли от захватчиков, не жалея своих жизней.. А Харги ушел в нижний мир, сотворив его для себя и себе подобных, стал хозяином нижнего мира Харгу Буга. Не случайно всё опасное и вредное для человека приходит к нему из Нижнего мира Харгу Буга. Однако Сэвэки любит свой народ – эвенков. Он учит их противостоять злу. Очищать руки и лица возле Священных костров. Каждое утро оздоравливать свои лица холодной водой горных рек и речек, холодных озер. Никогда не загрязнять текущую воду. Так появилась и живет наша земля Дулин Буга, так появился на ней человек-эвенк, двуногий да поперечноглазый, черноголовый, с голым лицом уранкай-эвенки, в своих кочёвках все извилины своей земли проходящий. Сэвэки просит эвенков не оставлять своих следов после аргишей. Не рубить по пути зря деревья, не убивать животных больше, чем можешь съесть. Не забывать просить у Сэвэки здоровья для своих оленей. Все лето окуривать оленьи стада дымом.
ПРАЗДНИКИ Самый радостный и любимый национальный эвенкийский праздник. «Бакалдын». В народе он понимается как встреча Солнца. В Эвенкии считают, что это в первую очередь имеется встреча людей, семей, родовых племён после долгой и суровой северной зимы. Бакалдын считается возрождением природы после холодной, с длинными-длинными ночами , долгой – долгой зимы По другому он называется «Праздником весны и зелени». Проводиться праздник должен в самом начале лета, когда распускаются почки лиственницы, когда всю ночь напролет кукует кукушка, а впереди у людей пусть и короткое, как миг, но все равно лето. Начало лета означает у эвенков начало нового года. Бакалдын начинается с совершения обрядов: очищения, поклонения речке, умасливания ритуального столбика, кормления огня. Точно также встречают Солнце и все другие северные народы. В древности его также отмечали и славяне. Основная цель современного праздника – активное общение эвенков между собой, налаживание контактов между представителями разных районов, активизация и возрождение эвенкийского языка, приобщение детей к традиционной культуре эвенков. Праздник всегда начался с обрядов: приветствия через Священного оленя, очищения – Чичивкавун, завязывания небесных ленточек Сулганни, причащения к родовому огню Эллувка, кормления огня Имты. После суровой и холодной зимы при наступлении тёплых дней жители общин устраивали праздник. Собирались эвенки на определённом, заранее выбранном месте. Праздничные встречи, проводимые каждый год, позволяли обмениваться информацией и общаться семьям, так как зимой общины кочевали в поисках мясного и пушного зверя и очень редко встречались. Именно во время таких праздников юные эвенки учились у старших опыту и мудрости. Эта всеобщая радость пробуждения северной природы вдохновляла всех членов общин: и стариков, и молодых. На месте проведения праздника устанавливались традиционные жилища – «чумы». На деревья (обычно лиственницы) вешали жерди с изображением налима, рядом человекообразную фигуру без руки – охотничий амулет «пэллэи». На празднике Бакалдын осуществлялись обряды поклонения огню, очищения, причащения, «Секалаон» и «Синкгэлэвун». Обряд очищения совершался и при долгой неудаче в охоте. У входа устанавливается чичипкан, в середине – ритуальный костёр, в который время от времени подбрасывали багульник, можжевельник для окуривания. Начинался обряд очищения. Все участники праздника проходили через чичипкан, живой коридор. Обрядовый, тот, кто командовал очищение группы, взмахивал можжевельником или багульником, пропускал всех, приговаривая пожелания исцеления, здоровья, счастья, удачи во всем. Обряд очищения в обычных условиях жизни совершался в упрощённом виде. Во многих случаях его проводили сами больные, без участия шамана. Для этой цели разжигали костёр, изготавливали из травы чучело, напоминающее человека, и ставили чичипкан расколотый ствол молодой лиственницы или березы с целой верхушкой. Путём уговоров и задабриваний заставляли духов дурного глаза переселиться в травяное чучело. При прохождении через чичипкан чучело зажимали и затем сжигали. Участники праздника должны были подходить к родовому огню, шаман или организатор «Бакалдына» кормил огонь с благими пожеланиями для всех присутствующих, их близких и родных, затем начинал кормить духов неба, леса, земли и воды. Всех присутствующих приглашал дать крошки хлеба, пищи, подорожник духу «иччи» с просьбой исполнения заветных желаний. Старейшины родов проводил обряд причащения
прибывших гостей к родовому огню. Обмазывали участников золой или остывшим углём из родового костра лоб, щёки, подбородок и произносили слова с самыми лучшими пожеланиями. Прошедший обряд причащения с этого момента находился под защитой родового огня. Суть причащения состояла в том, что оно укрепляло нити связей Солнца, Луны, Звёзд и Неба. Гости и участники праздника подходили к священному дереву «Сэбэк-мо» и, поглаживая его, просили исполнения заветных желаний. По окончании проведения всех праздничных обрядов и ритуалов эвенки дружелюбно прощались друг с другом, покидали место проведения традиционного праздника. На острове Сахалин местные эвенки проводят праздник первой горбуши. Он начинается в начале летней путины, когда старейшины по памяти совершают обряд «кормления хозяина воды», возжигания священного костра. Праздник сопровождается спортивными состязаниями, танцами женщин, выступлениями национальных ансамблей, разными угощениями. На современном празднике придётся пройти несколько обязательных обрядов. Первый и самый главный – пройти через Чипчикан, это ворота из длинных палок. Считается, что дым багульника очищает душу и тело. Для гостей организуют показательные состязания в национальных видах спорта. Члены родовых общин посоревнуются в мас-рестлинге (перетягивание палки), прыжках через нарты, кидании маута на точность и тройных прыжках. В Якутии Бакалдын проводится на Вилюйском тракте с 1991 года. Здесь также ведутся эвенкийские традиционные обряды встречи Солнца, прошения благословения духов местности и реки, очищения Чичипкавун, охотничьей удачи Синкэлавун, танцевали обрядовое Ехорьё. Я сижу с Константином Ермолаевичем Чапогиром у костра, который мы разложили на берегу реки Ямбукан, Мы только что съели шашлык по-эвенкийски из оленины, который приготовил мой проводник. Константин Ермолаевич – многоопытный потомственный таёжник, профессиональный охотник. Он много рассказывал мне о своем роде – Чапогиров. Сейчас мы пьём не спеша чай, настоянный на таёжных травах. Вся обстановка располагает к беседе, и я задаю проводнику вопрос, который меня давно интересует: – Скажи, Ермолаич, как эвенки раньше представляли себе окружающий мир? Проводник смотрит вопросительно, как бы спрашивая «Конкретизируй свой вопрос». Я сразу поясняю: – Как твои предки понимали, что такое небо, звёзды, гром, молнии и другие явления. Многие из них совсем непонятны людям. – Небо считалось эвенками шкурой с отверстиями, через которые мы видим, Солнце, Луну и Звезды. Большая Медведица представлялась небесным охотником Хэглэн, который гонится за лосем. Неподвижная Полярная звезда считалась входом в Верхний мир. Млечный путь считали лыжным следом Хэглэна. Но все это подразумевалось как священные божественные явления. Охотник Хэглэн – небесный охотник. Это добрый дух, который помогает всем охотникам на земле. А Большая Медведица – одна из Великих богов эвенков и других народов. Солнце воспринималось как хозяйка неба, а Луна была её в ведизме, производит огромная железная птица с огненными глазами. От её полета возникает гром. А от сверкания глаз – молния, – сказал Ермолаич, поправляя костёр. – Гром и Молния могут причинять людям много бед. Например, молния поджигает леса. Они загораются даже в небольшой дождь. Как только загорятся леса, Харги может прекратить дождь. Тогда сгорают тайга, мыши, которыми питаются пушные звери и сами соболя, белки, горностаи. Только выдра легко прячется от огня в воде. Харги делает все, чтобы спокойная, нормальная жизнь эвенков периодически прекращалась.
Старики много нам рассказывали о Тунгусском метеорите. Тогда сгорело много тайги, тысячи оленей, соболей и белок. На десятки лет не стало тайги и животных в ней Но и тогда Сэвэки помог людям. Многие эвенки получили огненные ожоги, но выжили. В Нижний мир ушли только самые старые и самые больные эвенки. У которых совсем искрошились в гнилушки все сроки жизни. И по возрасту они сами превратились в гнилушки. Эвенки, которые ведут здоровый образ жизни, едят много свежей оленины, не курят и не пьют, как это делал Август Гаюльский в Суринде, живут долго. И ушедших из жизни стариков после взрыва Тунгусского метеорита было так мало, что пострадавших оказались единицы. Взрыв этого метеорита с минимальным ущербом для людей, поразительное чудо Сэвэкэ. – А землю как древние представляли? – продолжал интересоваться я. – Земля воспринималась плоской, раскинувшейся в разные стороны на необозримы просторы. Раньше, говорят, русские считали, что земля держится на трех слонах или китах, а мои предки думали, что она, как лабаз, стоит, все-таки, на четырех столбах, – ответил Чапогир. – А вот эвенки говорят «Верхний мир, Средний мир, Нижний мир». Как это понять? – продолжал интересоваться я. – Верхний мир – это мир выше неба. Средний мир – это Земля. Нижний мир – это мир ниже Земли. Так нам говорили наши родители, а им их родители , Верхний мир был лучше земного. Вход в него был через Полярную звезду. В Нижний мир входом служили пещеры, расщелины, глубокие водоёмы, водовороты. Попасть в Верхний и Нижний миры было делом нелёгким, и путь туда всегда был долгим. Об этом хорошо знали древние. Поэтому на скалах они рисовали длинные лодки, в которых души умерших плыли в звезде Большая Медведица, – ответил Чапогир. – Ермолаич, а как эвенки раньше совершали захоронение покойника? – продолжал я задавать вопросы проводнику. – Покойника одевали в специально приготовленную одежду, при этом ничего не завязывали и не застёгивали. Одетого покойника укладывали на кумалан. Если это был мужчина, то около него клали пальму, лук, стрелы, нож, лыжи, котелок, трубки с кисетом, огниво и другие предметы. Если это была женщина, то ее также одевали, а рядом с ней клали орудия для обработки шкур, трубку с кисетом, огниво, посох и другие мелкие вещи, принадлежавшие ей. После того как покойника одевали, и клали рядом с ним его вещи, присутствующие садились в кружок и приступали к трапезе, при этом остатки пищи бросали в огонь. На следующий день изготовляли долблёную колоду, в которую помещали покойника и его вещи. Сверху колода накрывалась нюком от чума и кумаланом. Затем колоду уносили (если это был мужчина – несли мужчины, если женщина – несли женщины). Колоду помещали на специальный помост, установленный на двух или четырех столбах. На ветках деревьев вокруг помоста развешивали вещи умершего, слегка их испортив. Затем убивали верхового оленя. Шкуру и рога вешали на дерево около помоста. Мясо варили и съедали около помоста. После трапезы покойника укрывали кумаланом. После чего, пятясь на небольшое расстояние, разворачивались и возвращались на становище. Чужеродцам было запрещено смотреть на труп. Обычно эвенки садились в праздничный день в круг в чуме перед ворохом только что сваренного мяса и по очереди начинали петь славословия тому, ради кого или чего они и пришли в гости. Импровизированные песни – это художественный рассказ, под один какой-то мотив. Другое дело, что у эвенков также были песни, которые знали все. Назовем их популярными. Песни, которые поет вся страна, поют и эвенки. Особенно много их появилось в нынешнее время. В Туре постоянно существуют несколько танцевальных ансамблей, традиционные эвенкийские песни исполняются на современную музыку. Одну и ту же песню, под один и тот же мотив могут петь в очень отдаленных друг от друга стойбищах. Впрочем, этому помогает и
современная техника. Песню запросто можно записать в Туре на диск, флэшку и увезти послушать в стойбище. Что эвенкийская молодежь, руководители муниципального района с успехом и делают. Культуре эвенков, даже в нынешнее сложное время, уделяется властями района много внимания. Еще в бытность округа была разработана специальная программа сохранения и развития культуры Эвенкийского автономного округа на 2004 -2006 годы. И по большинству пунктов она выполнена. Одним из замечательнейших событий недавнего времени можно назвать фестиваль эвенкийского и северного народного творчества «Эвенкийские зори». Этот фестиваль широко освещался в центральной и краевой печати. На него съехались танцевальные коллективы, фольклорные ансамбли со всего Севера России. Говорят, что более красочного зрелища и вдохновенных танцев северян Эвенкия раньше не видела. На сегодня в Эвенкии действуют 49 учреждений культуры. Из них 20 – клубного типа. Одним из самых известных из них является краеведческий музей в поселке Тура. Он насчитывает почти 5000 единиц хранения. На постоянной выставке представлено полторы тысячи экспонатов. Попробуем на мгновение вернуться в историю культуры Эвенкии и всего Красноярского Севера. Первой культбазой на Советском Севере стала Туринская. Строительство культурного объекта на Нижней Тунгуске началось в 1927 году. Цель строительства: осуществлять кооперативную, хозяйственную, врачебную, ветеринарную, просветительскую и научно- исследовательскую работу. Для этого культбазы нужно было не только построить, но и укомплектовать необходимыми кадрами, поставить перед ними определенные задачи, научиться добиваться результатов, в частности, в образовании. На грамотных людей в Эвенкии был острый дефицит. Дом туземца в Туре, называли на американский лад, был открыт 7 ноября 1927 года, в день 10-й годовщины Октябрьской революции. На Туринской культбазе начала работать самая первая школа-интернат для эвенкийских и якутских ребятишек. А также была открыта первая библиотека Эвенкии с фондом в 350 экземпляров. В основном книги были научного, краеведческого, технического содержания. Советских учебников было крохи, а царские к этому времени выбросили. Обслуживало базу 19 человек, они и стали первыми читателями Туринской культбазы. Все они, кроме врачей, с таким слабым образованием, диву даешься, как они еще кого-то могли учить. При Доме туземца зажигались первые огоньки культурно- просветительской работы. Ставились небольшие концерты, обучали оленеводов и охотников грамоте, а в интернатах – их детей. Проводились читки газет, всяческие обсуждения написанных в них статей. Только задумаешься обо всем этом, на лице улыбка. А с другой стороны, эти полуграмотные свою задачу выполнили на отлично, грамотность пришла в Эвенкию. Через сто лет у эвенков уже появились свои писатели, поэты, художники, врачи, журналисты. Произошло чудо. Полуграмотные принесли в Эвенкию настоящую грамоту. В культбазе работали врачи Л.А. Симонова, С.Н. Бушмарин, Д.А. Кытманов. Понятно, что они были практически без медикаментов, хирургических инструментов. В палатах стояли примитивные кровати, иногда и нары. Стационар был всего на десять человек. Но главное было в том, что эвенки впервые обращались за медицинской помощью не к шаману, а в больницу, к врачам с образованием. Так или иначе, помощь они получали квалифицированную. У врачей всегда теплилось желание помочь людям. И они спасали больных, если находили возможность. Делали простейшие операции, спасали эвенков от заразных болезней, в том числе оспы, тифа, которые буквально свирепствовала в тайге. Вплоть до сороковых годов от оспы могли вымирать целыми стойбищами.
Тура стоит на крутом берегу реки Кочечум. Место красивое, доходное. В полном смысле этого слова. Круглогодично здесь можно было охотиться и ловить рыбу. В то время в обеих Тунгусках рыба водилось с избытком. Причем ценнейших сортов. Можно было охотиться на диких северных оленей, лосей, пушных зверьков. Сюда приезжали продать пушнину, мясо диких оленей, выделанные шкуры везли охотники и оленеводы с ближайших стойбищ. И сразу им нужно было купить боеприпасы, одежду, продукты, ружья, капканы, сети, продукты. Впервую очередь муку. В Илимпийском районе уже суетилась Советская власть в налаживании государственного порядка. Вели работу по отлову кулаков, то есть зажиточных эвенков и отправку их в Красноярск или Туруханск. Там их судили, большинство расстреливали на местах. Например, был репрессирован самый знаменитый эвенкийский князь Ганя Гаюльский. Он с родственниками держали на территории нынешнего Байкитского района десятки тысяч оленей. Первой культбазой в Туре руководил Филипп Яковлевич Бабкин. Раньше он вел активную подпольную работу в Енисейске. В 1920 году его отряд освободил Енисейск от солдат Колчака. Весь местный гарнизон белых был расстрелян. Филипп Яковлевич вел операцию по подавлению кулацкого восстания полковника Алиферова. С 1924 года Филипп Яковлевич был на посту Председателя Туруханского райисполкома. Сразу же среди местного населения стал организовывать родовые советы, кочевые советы. В Туре и Байките сегодня работают мастерские традиционных народных промыслов. Прекрасные эвенкийские кумаланы, расписанные бисером, сегодня можно купить во всех сувенирных магазинах Красноярска. В районе три детские школы искусства. Библиотечная сеть насчитывает 25 муниципальных публичных библиотек. Каждый год они пополняются литературой на полтора-два миллиона рублей. Надо сказать, что северяне по-прежнему любят свои библиотеки и частые гости в них. Во всяком случае, библиотеки на севере посещаются намного чаще и охотнее, чем на юге Красноярского края. Каждый год район пополняется молодыми специалистами. Как правило это выпускники высших и средних учебных заведений, в том числе готовящих культработников. Это способствует притоку молодежи в ансамбль «Осиктакан », в эвенкийскую детскую школу искусств, в художественную самодеятельность в поселках. В Туре образован новый танцевальный коллектив при лицее. Нельзя не сказать несколько слов и о культуре еще одного немногочисленного народа нганасан. Они живут чуть дальше эвенков, на Таймыре. Но там уже голая тундра. Север Эвенкии это лесотундра. В ней жить легче, дрова всегда рядом. По своим обычаям нганасане немного отличаются от эвенков Красноярского края. Это отличие в манере исполнения песен, в праздниках, в постоянной и праздничной одежде. Нганасана сразу узнаешь по раскрою и шитью шкур для одежды, по оформлению верхней одежды бисером. Нганасане так и не приняли христианства. Остались язычниками. Это сказалось и на их культуре, которую они сами называют солнечной. И себя нганасане называют солнечными людьми. Всегда интересно слушать солнечные песни в исполнении фольклорных ансамблей нганасан. В Доме культуры в Хатанге два фольклорных ансамбля. Один – нганасан, другой – долган. Они отличаются и в манере исполнения песен, и в одежде, и в звучности напевов своих произведений. У нганасан праздничная национальная верхняя одежда – сокуй, парка, малица – из шкур белых оленей, обязательно украшенная бисером. Именно этим и отличается праздничный сокуй от повседневного. Голова северянина в праздничной одежде плотно закрыта капюшоном. Края
капюшона украшены мехом росомахи, бурого медведя или голубого песца Иногда пишут, что на отделку закрывающего голову капюшона идет мех собак. Но сколько не спрашивал об этом нганасан, они отрицают это. Собака у них считается священным животным, и убивать ее, ради шкуры, ни кто не станет. Обилием бисера женские парки отличаются от мужских. И обувь женская, в частности унтайки, тоже обильно украшены Края парки они отделываются мехом песца или горностая, иногда хвостами этих животных. Обязательно белого цвета. На ногах бахилы ( юакири), по русски просто юкари, тоже из шкур белого оленя. И по бахилам, и по парке в три ряда идут широкие полосы, отделанные бисером. На спине и на груди парки обязательно вышито бисером символичное солнышко. Второй вариант национальных костюмов – парки из толстого сукна черного цвета. Их чаще всего одевают женщины. Такие парки сегодня шьют из сукна или из крашеной в черный цвет замши – ровдуги. Как правило, все бисерные узоры на праздничной одежде северян символизируют солнце, затем самый почитаемый объект культуры северян олень и знаменитая в по сибирским рекам рыба таймень. Волнистая линия по низу верхней одежды полностью совпадает с древним славянским орнаментом, который можно видеть на глиняной посуде второго- третьего тысячелетия до нашей эры. Почти такой же орнамент у эвенков, ненцев, долган. Это талантливые и очень интересные народы. Их культура значительно украсила культуру Севера и всю культуру Руси. Что касается ненцев – то это более многочисленный народ. На Таймыре их проживает достаточно много, более 3000 человек. Ненецкий язык относится к группе самодийских языков, в которую входят также эвенский, нганасанский, селькупский. На Таймыре населяют они в основном Усть-Енисейский район, с центром в селе Караул. Сейчас это сельское поселение Таймырского муниципального района. Ненцы, как и все северные народы, имеют богатое устное народное творчество. Это сказки, эпические песни, жертвенные молитвы, заклинания, обереги. Песенное творчество ненцев неистощимо, богато. Большим знатоком ненецкого фольклора считался Тыхыко Вылко. Его самого современники определяли как художника-самородка. Талантливыми сказителями считалась супружеская пара Елизавета Антоновна и Василий Дмитриевич Яр. Не нужно удивляться таким экзотическим именам у северных народов. Тут виноваты не они, а христианство. Но и здесь северные народы не обошлись без помощи своих духов. Практически они имеют два имени. Одно христианское, записанное в паспорте, другое сугубо родовое, национальное. Им пользуются в повседневной жизни. Например, кто-то из долган рода Бетту записан по паспорту Александром, а фактически он Катарык – рыбья чешуя. Вот как одного из таких рассказчиков ненцев описывает знаменитая поэтесса Севера Любовь Ненянг. Она очень много сделала для сбора сказок, поговорок, исторических преданий своего народа. А свою прижизненную книгу «Ходячий ум народа» считала главной своей работой. Вот как она описывает самобытных рассказчиков ненцев. – Тело его трясется (тело исполнителя. Прим редактора. А. Статейнов), голос дрожит, левой рукой он беспрестанно прикрывает глаза, полные слез, а в правой держит стрелу, обращенную острием к телу. Слушатели сидят обыкновенно, а когда богатырь побеждает, выражается радостное и громкое: Хэ-э! (Что соответствует русскому Ура). Она вспоминала, как в поселке Усть-Порт ныне покойный Василий Тимофеевич Тапкин рассказывал журналистам сказку о богатыре Нохо три вечера подряд. Нам, нынешним, стоит задуматься, как воспитывать будущее поколение. Тапкина односельчане шли слушать потому что
это было интересно, потому он рассказывал о своем народе, а у каждого ненца в то время была гордость именно за свой народ. Одно можно сказать утвердительно: слишком ограничены в мировоззрении те нынешние учителя и воспитатели, которые стараются воспитывать детей лишь на том, что дают нам учебники. Нужно больше уделять внимания такому пласту культуры, как устное творчество малых народов, и, в первую очередь, эвенков. Оно надолго остается в памяти детей, чаще всего на всю жизнь. И пусть ребенок сразу вроде бы не понял сказанного, не расшифровал его, придет время и ему откроется вся прелесть родного языка, он вспомнит своих песенников и сказителей, и скажет им спасибо. Потому что сам будет способен рассказать все молодым, которые придут на смену ныне живущим поколениям больших или малых народов. Культура всегда, а на севере особенно, играла важную роль в жизни людей. Зачастую история культуры – это и есть история народа. А она у нас в двадцатом веке была богатая и насыщенная. В 1925 году Комитет Севера признал целесообразным организацию в районах Крайнего севера культбаз. Предполагалось, что это будут комплексные культурно просветительские учреждения. Задачей было приобщение кочевого населения к современной культуре и быту, ликвидация безграмотности. Кроме того, насаждение атеизма, новых обрядов, обычаев. В чем-то смысл строительства культбаз был. Так в 1926 году в Туруханском крае из 13750 коренных жителей всего 98 человек были грамотными, что составляло менее одного процента от общей численности. Насколько эта цифра правдива, не скажет никто. К 1935 году грамотность местного населения уже составляла более 31,8 процентов. Не думаю, что первая цифра достаточно объективная. Власть в то время специально завышала проценты бедности, безграмотности, не излечимых болезней. В 1929 году, всего через четыре года, было принято постановление Красноярского комитета Севера о строительстве культбаз в Туре, Хатанге, Дудинке. Но от решения до выполнения задания всегда очень большое расстояние. В Хатанге, например, кульбаза появилась только в 1934 году. Это не случайно. Кульбазы нужно было укомплектовать специалистами, поставить перед ними определенные задачи, научить добиваться выполнения этих задач. Что было непросто сделать и значительно позже. Одним из таких работников культбаз был в свое время ныне покойный писатель Эвенкии Жорес Петрович Трошев. Как шутил он сам, в Эвенкии я стал эвенком. Он работал в отделе культуры Эвенкийского округа в пятидесятые годы. Но и в то время до стойбищ звенков нужно было добираться на оленях. Как правило, такая командировка могла составить месяц, а то и больше. Зачастую ночевать приходилось у костра, в снегу. И это на пятидесяти градусном морозе. Жорес Петрович много об этом рассказывал нам, много написал. Он на себе испытал все «прелести» культработника в условиях кочевой жизни на севере. Для нас сегодня это очень тяжелые условия. Для них, в то время, обычная работа. Все равно уже в тридцатые годы работники культбаз выезжали с красными чумами по маршрутам кочевий оленеводов. На Таймыре красночумовцы представляли из себя бригаду культработников из двух-трех человек, каюра и балок, запряженный дюжиной оленей. Обычно с собой везли достижение начала века патефон с грампластинками, решение очередного съезда и речи великих революционеров, библиотечку, набор медикаментов. Если в бригаде был медик, чаще всего фельдшер, то он лечил и осматривал местное население. Красночумовец обязан был подолгу кочевать с оленеводами или жить на стойбище рыбаков. Он учил грамоте взрослых и детей, разъяснял им политику советской власти. Главная задача была вызвать у северян интерес к общественной, политической жизни в стране. Нужно сказать, что культработники ездили по чумам и вместе с товарными лавками. Такие поездки носили более
кратковременный характер. Только с широким появлением малой авиации жизнь командированных на Севере, в том числе работников культбаз, намного улучшилась. В феврале 1930 года вышло постановление СНК РСФСР «Об избах-читальнях». А в 1931 году в Туруханском районе было шесть изб-читален, 48 красных уголков, из них 15 красных чумов. В 1932 году на Таймыре было создана два первых красных чума. Один из них в поселке Попигай, Хатангского района. Это были своеобразные посты культуры в территориальном объединении стойбищ. К середине тридцатых на север пришло кино. Теперь уже культработник не на пальцах, а реально мог показать далекую Москву, вождей, рассказать, что они хотят от своего народа. Но, как свидетельствуют очевидцы, первые фильмы вызывали у северян ужас. Со временем привычка, пусть и к страшному, взяла верх над предубеждениями, что кино порождение злых духов. Кино стало интересным для оленеводов. Передвижные киноустановки кочевали по всему Таймыру и Эвенкии. Звуковое кино стало появляться на Севере в сороковых годах. В Эвенкию киноленты возились самолетами из Красноярска, а по всему Таймыру расходились из Дудинки. В Дудинку киноленты поступали от Игарского отделения «Союзкино». Поскольку церкви к середине тридцатых были почти повсеместно закрыты, шаманы истреблены, их нужно было чем-то заменить. Срочно понадобился клуб. Уже в середе тридцатых годов во всех районных центрах были построены первые Дома культуры. В поселках клубы появились намного позже. Как правило, в начале это были красные избы, обычные большие дома отобранные у купцов и зажиточных оленеводов, типа Гани Гаюльского. В них ставились самодеятельные спектакли или даже спектакли на пьесы известных авторов. По революционным праздникам проходили самодеятельные концерты. Культработник, заведовавший этими избами, назывался избач, согласно постановления от 1930 года, о котором мы уже упоминали. В 1947-48 году на Север были отправлены большие группы культработников, имеющих специальное образование. Как правило, это были фронтовики, закончившие средние учебные заведения. Могли быть и не фронтовики, а военные, выбравшие судьбу культработника после сокращения численности армии. Первые библиотеки на Север пришли в 1935-39 годах. В Хатанге библиотека была открыта в 1939 году, в Волочанке в 1937 году. Библиотеки в поселках, в том числе в самых отдаленных, появились только в пятидесятых годах. В поселке Катарык, в 1950 году было всего шестьсот книг. Небольшие библиотеки получали как художественную, так и политическую литературу. В частности труды Ленина, других вождей стояли в районных и поселковых библиотеках на самых видных полках. Но брали их в руки только студенты заочники, если таковые тут были. А вот художественная литература пользовалась большим спросом. В то время охотно читали Есенина, Шолохова, Островского, Горького, после войны Твардовского, Фадеева. Как рассказывали мне старые библиотекари, очень популярны в семидесятые годы в библиотеках были Василий Шукшин, Александр Вампилов, Шишков, Федосеев. Охотно читали «Лад» Василия Белова. Местных авторов – Алитета Немтушкина, Любовь Ненянг, Жореса Трошева, Огдо Аксенову. В это время вообще был очень большой спрос на книги. Вот почему численность экземпляров в районных библиотеках переходила на десятки тысяч. В библиотеке Хатанги, например, к сегодняшнему дню она составляет более 70000 тысяч книг. Северяне заводили и много личных библиотек. На стойбище тысячу книг в аргише возить не будешь, а вот в поселках такие библиотеки были. В частности в Дудинке, Карауле, Усть- Порту, Волочанке, Хатанге, Туре, Байките, Ванаваре.
Из иностранных авторов пользовались популярность книги Даниеля Дефо, в частности его «Робинзон Крузо», Джека Лондона, Джеральда Даррелла, Мигеля де Сервантеса. В 1975 году была произведена реорганизация красных чумов. Этот общественный и даже социальный институт изжил себя и прекратил свое существование. Нужно сказать, что при всех недостатках, у «красных чумов» было очень много хорошего. «Чумы» действительно несли с собой в поселки грамоту, везли книги, кино, медработников. Записывали и издавали разрушенные когда-то революционерами из Москвы старинные обычаи, обряды народов, те же шаманские песни, заклички и так далее. То, что в крае изданы десятки книг по фольклору малых народов, изначальная заслуга красночумовцев. На места «красных чумов» пришли районные агитбригады. Они включались в состав санно- тракторных поездов, летали на стойбища на вертолетах, одним словом обладали тем комфортом, которого у работников «красных чумов» просто не могло быть. Агитбригады уже не ночевали в балках и в чумах прямо в тундре, а то и в куропачьих чумах, что означало просто зарыться в снег. С 1995 по 1998, и даже 2000 годы в крае наблюдался упадок культуры. Резко сократились выделения средств на содержание Домов культуры, клубов. Сокращались ставки работников этих учреждений. Почти в каждом крупном поселке были ведомственные Дома культуры, все они закрылись. Десятки работников культуры со специальным образованием остались безработными. Имеющиеся на балансе администрация клубы и Дома культуры не получали денег на музыкальное оборудование, на ремонт в итоге ветшали и само собой закрывались. Если иметь ввиду, что одновременно закрывались мало комплектные школы, фельдшерские пункты, то культуры от этого только проигрывала. На материк выехали десятки, если не сотни специалистов. Северное село покинули интеллигенты. Оставшись без работы, без твердого денежного обеспечения северяне ударились в пьянство, которые местами продолжается до сих пор. Но многое уже повернуто в лучшую сторону. Помогли национальные проекты, решения московских и местных властей. Север снова становится ближе к Красноярску и Москве. Записал А.П. Статейнов